Вы находитесь:  / Политика / Белоруссия — недостающий элемент концепции Междуморья

Белоруссия — недостающий элемент концепции Междуморья

miedzymorze_mapa
Интервью с депутатом и политологом Кшиштофом Щерским

Павел Хмелевский: Александр Лукашенко говорит, что государства Восточной Европы, входящие в состав Европейского союза, не имеют собственной политики и молча прислушиваются к поступающим с Запада директивам.

Кшиштоф Щерский: Александр Лукашенко пытается проявить себя в качестве самостоятельного участника международных отношений, выйти из изоляции. Он пользуется тем, что «нормандская четверка» выбрала его хозяином переговоров на тему будущего Украины. Риторика Лукашенко — это попытка сформировать свой собственный авторитет, продемонстрировать, что Белоруссия обладает большей независимостью, чем другие страны региона. Он преследует в основном внутренние цели. Однако его слова могут звучать для слушателей убедительно, потому что за переговорным столом не оказалось стран Центральной Европы, входящих в ЕС. Но это не общее правило, а результат слабости — в первую очередь современной польской восточной политики.

— В последний год белорусский президент неоднократно подчеркивал, что ему приходится защищать свою страну от России. Можно ли представить себе ситуацию, в которой Москва возьмет Минск под официальный контроль?

— Лукашенко боялся этого с самого начала. Он правит де-факто благодаря экономической и политической помощи Москвы. Известно, что он никогда не демонстрировал желания разорвать свои особые контакты с Кремлем. Сейчас, испугавшись возможности повторения в Белоруссии украинского сценария, а одновременно стремясь использовать украинскую тему в свою пользу, он пытается проявить себя как политик, которого заботит суверенитет собственного государства. Он хочет вновь консолидировать народ вокруг себя как гаранта стабильности. Лукашенко не хочет выглядеть в глазах белорусов явной марионеткой Кремля, какой был Виктор Янукович, потому что не хочет кончить, как тот — изгнанием в Россию. Это просто риторика, при помощи которой белорусский президент старается извлечь максимальную выгоду у себя в стране, ведь скоро там пройдут так называемые выборы.

— Российский историк Юрий Фельштинский полагает, что вскоре, как раз после приближающихся выборов, Белоруссия может полностью утратить независимость от России. Если Россия действительно попытается формально взять власть в Минске, как станут реагировать Европа и Польша? Они станут защищать диктатуру от Кремля?

— Следует сказать прямо: Лукашенко управляет страной вразрез всем стандартам свободы и демократии. Преследования, которым подвергаются в Белоруссии его политические противники, и методы управления, существующие в этой стране, совершенно неприемлемы. Польша должна стремиться к тому, чтобы за ее восточной границей находились партнеры, с которыми можно контактировать в рамках европейских стандартов, а не за пределами их поля. Следует осознавать, что каждое государство, которое способно поддерживать свою независимость по отношению к российской империи — это важный вклад в самостоятельность нашего региона Европы. В этом плане я мечтаю, чтобы демократическая и свободная Белоруссия стала в будущем членом ЕС или НАТО.

Это государство, если учитывать его размер, национальную консолидацию и определенный государственный и институциональный уклад могло бы относительно быстро войти в Европейский союз. Быстрее, чем огромная Украина со своей сложной внутренней ситуацией. Остается только проблема перехода белорусской власти к европейской модели.

— Какое значение для безопасности Польши имело бы подчинение Россией Минска?

— Не стоит создавать вокруг Лукашенко миф, будто он блокирует российские влияния и создает заслон от российского империализма. Известно, что российские и белорусские войска устраивают маневры, на которых отрабатываются наступательные операции — в том числе на Польшу. В моменты напряженности он угрожает размещением новых российских подразделений в Белоруссии, где эта армия уже присутствует. Минск и Москва ведут тесное военное сотрудничество. В территориальном плане Белоруссия — часть российской военной системы, это бесспорный факт. Поэтому Путину нет нужды вторгаться в Белоруссию, чтобы разместить там свои войска. Ему нужен просто Лукашенко в качестве того, кто подчиняется его приказам. Белорусский президент старается сохранить максимальную независимость, потому что боится за свою власть. Однако Минск не служит каким-либо реальным барьером перед московскими планами в смысле стратегической игры россиян с Западом. Проблема появится, только если Россия захочет использовать белорусскую территорию для непосредственной атаки, например, на одну из стран Балтии. Вопрос, предоставит ли Лукашенко свою территорию для такого рода вооруженной операции или откажет? Не захочет ли Россия в таком случае занять всю Белоруссию? Но все это чисто гипотетические сценарии.

— Какую роль должна играть Белоруссия в польской региональной политике, и какую она играет сейчас, при правительстве «Гражданской платформы» (PO).

— Нынешнее руководство сделало большую ошибку, выбрав в качестве партнера на востоке Москву и формируя политику в отрыве от идеи самостоятельности региона, по сути, ценой его самостоятельности. Символом здесь может послужить хотя бы так называемый Калининградский треугольник. Это невероятно опасная иллюзия: Россия, Польша и Германия, делящие влияния в Центральной Европе. Это геополитический абсурд, который для нас очень вреден, ведь он изолирует нас от нашего естественного политического пространства и делает наш регион полем для игр иностранных столиц, которые с удовольствием его бы проглотили.

Вторая ошибка — это отсутствие последовательности Туска (Donald Tusk), Коморовского (Bronisław Komorowski), Сикорского (Radosław Sikorski) в восточной политике, в том числе в отношении Белоруссии. С Лукашенко мы вели себя очень странно. Сначала Сикорский вместе с немцами пытался относиться к белорусам, как к партнерам. Потом, когда Лукашенко оставил его в дураках, Сикорский обиделся и разорвал все отношения. Между тем нам стоит вести в отношении Минска последовательную политику, опирающуюся на два основополагающих принципа. Во-первых, следует поддерживать самостоятельность этого региона по отношению к другим властным центрам. Эта часть Европы должна обладать собственной силой, собственным значением: конечно, как часть Запада, но часть самостоятельная. Во-вторых, нам нужны четкие планы, касающиеся белорусского суверенитета, демократии и прав поляков в этой стране.

— Профессор Анджей Новак (Andrzej Nowak) полагает, что из-за польской региональной политики Венгрия пошла на сближение с Россией. Что вы думаете об этом тезисе?

— Польская центральноевропейская политика лишена сейчас содержания. Каждая страна нашего региона пытается найти свой путь, поскольку никакой общей концепции не существует. Это отчетливо видно на примерах Литвы, Венгрии или Словакии. Это не имманентное состояние, так быть не должно. Это происходит из-за отсутствия какой-либо программы совместных действий. Последнюю такую программу предложил покойный Лех Качиньский (Lech Kaczyński), который хотел создать инфраструктурные и политические связи в нашей части Европы. Внешнюю политику невозможно вести без концепции. Заклинания, что нам следует говорить в один голос, крепить единство — это пустое. Нужно содержание, и найти его — задача Польши, которая выступает своего рода выразителем и связующим элементом всего региона. Нынешняя политика Варшавы ведет к тому, что региональная мозаика естественным образом рассыпается.

— Виктора Орбана, который принимает в Будапеште Владимира Путина, следует изолировать или несмотря ни на что продолжать с ним контакты?

— Истерия вокруг Орбана — это признак лицемерия и бессмысленности политических дискуссий в Польше в том числе. Вскоре с Путиным будет встречаться премьер Италии, значит, нам нужно будет порвать отношения с итальянцами? Потом, возможно, с французами, так как они ведут переговоры о сотрудничестве, а, наконец, с немцами, потому что них есть «Северный поток» и они выгодно импортируют энергоресурсы? Мы по очереди исключим все государства, и в итоге никого не останется. Нельзя предаваться лицемерию. Ошибка Орбана в том, что он предоставляет свое лицо путинской пропаганде. Он принял российского президента в Будапеште, и будучи хозяином, был вынужден молчать, когда тот произносил свою пропагандистскую ложь. Для политики Орбана характерно, что он ни на кого не оглядывается и проводит свой собственный курс. Между тем залог силы отдельных государств нашего региона — это сильная региональная общность, а не раздробленность. Это иллюзия, что Венгрия может действовать собственными силами, в то время как регион остается слабым. Но об этом нужно говорить. Нельзя впадать в истерику на тему Орбана, потому что это просто лицемерие. Мы вымещаем злость на Орбане, как на заместителе Путина. Мы не можем «показать фигу» российскому президенту, и поэтому радостно показываем ее венгерскому премьеру, радуясь, что сделали какой-то антироссийский шаг, так как Орбан — это фигура Путина. Это просто смешно и лицемерно. Нужно создавать концепцию совместной политики, и тогда мы станем сильнее. А сильными нужно быть на деле, а не на словах, как премьер-министр Копач (Ewa Kopacz).

Павел Хмелевский

Комментарии

Ваш email не будет опубликован. ( Обязательные поля помечены )

Новый анекдот

Новое объяснение темной энергии: виновата материя

Новое объяснение темной энергии: виновата материя

Мы ничем не можем объяснить наличие темной энергии, но есть повод считать, что это возможно, то, что называется эффектом Казимира.
Как жили студенты 100 лет назад

Как жили студенты 100 лет назад

Сегодняшних украинских студентов со студентами столетней давности объединяет активизм и вовлеченность в главные общественные процессы своего времени