Proect Contro
Ви тут:  / Аналітика / Биологическая война 2.0 и существует ли генетическое оружие

Биологическая война 2.0 и существует ли генетическое оружие

Неразборчивые в поисках оказательств эксперты и политики уверяют, что пандемия COVID-19 – результат то ли применения биологического оружия, то ли заговора вирусологов.

Однако в докладе военной разведки США, ставшим известным в конце апреля, говорится: «вызывающих доверие свидетельств» того, что SARS-CoV-2 «создан как биологическое оружие» нет, и крайне маловероятно, что китайские ученые или правительство Китая намеренно допустили утечку опасного вируса внутри страны, не обладая эффективной вакциной. Пекин, о чем, собственно, говорят в эти дни в Вашингтоне, виноват в другом. Китайские власти, вероятно, около трех недель скрывали, что коронавирус передается от человека к человеку и не остановили потоки людей, выезжавших из Ухани. Вплоть до 23 января оттуда ежедневно вылетало до 30 тысяч человек, что сыграло огромную роль в распространении эпидемии по всему миру. В Китае также отрицают, что SARS-CoV-2 «вырвался» из лабораторий Института вирусологии, утверждая, что болезнь непонятно как появилась на так называемом «мокром рынке» и от животных попала к человеку. Это мешает ученым понять особенности вируса и, соответственно, разработать методики лечения. Есть, однако, другая сторона дела.

Американские разведчики правы в том, что SARS-CoV-2 не похож на биологическое оружие в традиционном его понимании, — на оружие, предназначенное для уничтожения войск противника и рабочей силы оборонной промышленности. Летальность вируса намного меньше, чем у патогенов, разрабатывавшихся в военных целях, нет средств доставки и защиты собственного населения и войск. Однако количество жертв пандемии в Европе и США уже сопоставимо с последствиями небольшой ядерной войны, а ожидаемый экономический эффект, считают в МВФ, окажется худшим со времен Великой депрессии 1929 года. Современная высокотехнологическая цивилизация, столкнувшись с эпидемиологической угрозой, оказалась весьма уязвимой и в экономическом, и в психологическом планах. Появилась тревожная перспектива ведения биологических войн нового типа, вызывающих массовую панику, паралич общественных институтов и экономической активности.

Не удивительно поэтому, что в России увидели в коронавирусах чуть ли не «абсолютное оружие». Один из самых близких к Владимиру Путину людей, президент Курчатовского института Михаил Ковальчук писал: «Один этот вирус полностью остановил всю мировую систему. Появился совершенно колоссальный вариант управления миром… И он подходит для внедрения любых изменений в мире». Ковальчук, разумеется, обвинил США в намерении с помощью коронавируса уменьшить мировое народонаселение. На деле, однако, о биологическом чудо-оружии мечтают, по всей видимости, не в Вашингтоне, а в Кремле. Сегодня оно может выглядеть для Москвы особенно привлекательным: балансирование на грани ядерной войны слишком рискованно, а перспектива использования экспорта нефти и газа для достижения политических целей исчезла.

Биологическим оружием интересовались в России давно. 20 февраля 2012 года появилась установочная статья Путина, посвященная военным проблемам. В ней, в частности, говорилось, что «большое, если не решающее, значение» будет иметь «создание оружия на новых физических принципах (лучевого, геофизического, волнового, генного, психофизического и др.) …Подобные системы вооружений будут сопоставимы по результатам применения с ядерным оружием, но более «приемлемы» в политическом и военном плане». Через месяц тогдашний министр обороны Михаил Сердюков доложил Путину, что Министерство обороны «детально и всесторонне» проработало его статью и подготовило «план реализации тех задач, которые там были озвучены». Среди них было и создание генного оружия. В марте 2018 года Путин, говоря об оружии, устройство которого основано на новых физических принципах, сообщил: «Есть основания полагать, что и здесь мы на шаг впереди, во всяком случае там, где нужнее всего».


Генное, точнее, генетическое оружие, сообщает Министерство обороны России, это «вид оружия, способного повредить генетический (наследственный) аппарат людей». Его действующим началом могут быть некоторые вирусы, вызывающие наследственные изменения, или «химические мутанты, получаемые из природных источников химическим синтезом или биотехнологическим способом». Его называют биологическим оружием нового поколения, способным поражать людей определенной национальности или расы. Если верить Путину, Россия «на шаг впереди» других стран в его создании, что означает: Кремль нарушает подписанную в 1972 году конвенцию о запрещении бактериологического (биологического) и токсинного оружия.

Специалисты, правда, считают, что генетическое оружие – ненаучная фантастика. Но не слишком щепетильные ученые часто пользуются безграмотностью кремлевских обитателей и добиваются обильного финансирования, обещая очередное чудо-оружие и запугивая их зловещими историями о том, как американские военные собирают «биоматериал» россиян. Собственно, ничего нового в этом нет. Известно, например, что в 1972 году несколько крупнейших советских биологов, в том числе академики Юрий Овчинников и Георгий Скрябин, предложили ЦК КПСС новый по тогдашнему времени подход к созданию биологического оружия с использованием генной инженерии. Они также выдвинули идею разработки некоего «пептидного оружия» на основе пептидов – веществ, регулирующих, помимо всего прочего, чувства ярости, страха, способных вызвать сердечный приступ и паралич.

Сегодня о пептидном оружии ничего не слышно. Но Овчинников, Скрябин и другие академики от биологии получили новые институты, а и без того обширная советская военно-биологическая программа была заметно расширена. После того как генетики высказали мнение о том, что возможно «с помощью генетических манипуляций получить биологическое вещество, более устойчивое к действию внешней среды и более эффективно проникающее через защитные клетки организма, в начале 1970-х годов было принято постановление правительства о развертывании генетических исследований и более серьезном изучении биотехнологий, – рассказывал в 1999 году журналу «Ядерный контроль» начальник Управления по биологической защите Министерства обороны генерал-лейтенант Валентин Евстигнеев. – Биологическое оружие при всех его тактических минусах всё же самый дешевый в производственном плане вид оружия массового уничтожения».

В 1973 году, через год после подписания СССР конвенции о запрещении биологического оружия, было создано формально гражданское научно-производственное объединение «Биопрепарат», включавшее в себя несколько научных институтов, а также сеть промышленных предприятий и других объектов. В них разработкой биологического оружия (в секретном делопроизводстве это именовалось «пятой проблемой») занималось около 40 тысяч человек. В «Биопрепарат» входило, в частности, широко известное предприятие «Вектор», где создавали боевые вирусы оспы и геморрагических лихорадок Эбола, Мачупо, Марбург, Хунин (см.: Кен Алибек. «Осторожно! Биологическое оружие», Москва, 2004, стр. 239). Помимо «Биопрепарата», над созданием биооружия трудились ещё около 15 тысяч человек в профильных институтах Министерства обороны и порядка 10 тысяч человек в шести лабораториях Министерства сельского хозяйства, работавших над созданием бактерий и вирусов, поражавших скот и растения. ГРУ и КГБ собирали штаммы экзотических болезней по всему миру. К началу 1990-х в СССР, по ряду данных, были созданы боевые штаммы нескольких бактерий и вирусов, вызывающих чуть ли не стопроцентную смертность, даже в случае применения всего арсенала защитных средств. Эти институты и лаборатории, хотя и в несколько потрепанном состоянии, Россия унаследовала от СССР. А после возвращения Путина в Кремль 8 лет тому назад, когда военный бюджет начал быстро расти, военно-биологический комплекс, похоже, обрел второе дыхание. С этого же момента в Кремле начали говорить об оружии на новых физических принципах. Случайное это совпадение или нет, никто не знает.

Создание генетического оружия – задача, судя по всему, неразрешимая. Однако, работая над его разработкой, биологи в погонах вполне могут добиться прорывных результатов на направлениях, имеющих военное значение. Например, обнаружить или культивировать болезнетворные микробы и вирусы, способные в считаные дни поразить огромные массы людей, разрабатывая, одновременно, эффективные лекарства или вакцины, чтобы сделать неуязвимыми собственные вооруженные силы и развязать военным руки. А вот когда и если такое оружие попадет в руки нечестных политиков, последствия могут быть самыми печальными.

Юрий Федоров

 

Залишити коментар

Ваша електронна адреса не буде опублікована. Обов’язкові поля позначені ( * )