Вы находитесь:  / Политика / Логика времени, революционная турбулентность и близкий конец старого режима в Украине

Логика времени, революционная турбулентность и близкий конец старого режима в Украине

гроза

Чем-то неуловимо знакомым веет в Украине: чем-то из тех времен, когда сверху делали вид, что они что-то там строят для грядущих поколений, а снизу делали вид, что готовы еще потерпеть и была сверхзадача: для первых — занять место в обойме, для вторых — дожить до получки; а еще чем-то из тех времен, когда «мартовская истерия» вокруг фигуры Керенского уже закончилась, а «корниловский мятеж» еще не начался, но «июльские дни» на подходе и тугая спираль ненависти ко всем чистеньким и богатеньким закручивается на фабричных окраинах.

К системному кризису постсоветской государственности пришла в гости постреволюционная депрессия — лихо с недолей встретились, поцеловались и теперь косятся по сторонам в надежде чего-нибудь разнести вдребезги и пополам. И есть ощущение, что у них это таки получится, поскольку наши «лидеры» явно не поняли, какая ситуация за окном: на календаре совсем не первая половина девяностых, тем не менее они кормят население либеральной риторикой и по-хамски залазят ему в карман. Можно сколько угодно острить в сети, по поводу совковой дремучести электората, но нельзя с ним (электоратом) вести бесконечный диалог, логическая схема которого изложена ниже:

Электорат (выходя из квартиры). Панове! Панове, а що то за купу ви мені під двері наклали?

Лидеры (застегивая штаны). То мармелад.

Электорат. Який до біса мармелад, якщо смердить так що очі виїдає?

Лидеры. Це тому, що ти дурень! В усьому світі так робиться , а тобі бач засмерділо.

И что за наказание! Каждые выборы, одна и та же бесконечная история: на входе– производственник и реформатор, на выходе — повышение коммуналки, транспортных тарифов, увеличение фискальной нагрузки и урезание социалки. Черт возьми! А как-нибудь, с другого края — нельзя?

Страна или то, что от нее осталось, сегодня расколота на тех, кто успел выскочить из безнадеги и тех, кто там остался. И последних на несколько порядков больше. А им опять обещают «Счастливое будущее», только надо еще потерпеть, повысить тарифы, сделать платными обучение и лечение, поднять стоимость проезда в общественном транспорте. Получится что-то из реформ, про которые так много разговору или нет – этого необратимо звереющий обыватель не знает. Но он знает, что тарифы уже подняли, а плату за проезд поднимут обязательно. Кроме того он (обыватель) накопил отрицательный опыт затягивания поясов, в котором оное затягивание никогда не приводило к качественным изменениям в лучшую сторону. А самое главное, стоит гражданину взять на вооружение кредо: «Спасение утопающих — дело рук самих утопающих», как он попадает во что-то среднее между мирами Франца Кафки и Льюиса Кэрролла, где нет вменяемых правил игры, где логика и мотивация фрагментирована, абсурдна, разнонаправлена.

Если не принимать во внимание моральные принципы и оперировать только циничным прагматизмом, можно сказать, что у каждого времени есть своя логика. Девяностые были логичны. Развалившийся Союз оставил после себя очень четкий дебет-кредит: финансово-промышленный потенциал, который грех было не освоить и наивное до предела население, которое еще не поняло, в какую реальность оно рвануло, хохоча от радости. Исходя из нашего мировосприятия — «Большой распил» был более чем вероятен. Можно было выбрать другой маршрут? Конечно можно, но выбрали этот, и у него была своя логика, — логика жлоба осознавшего, что общий торт теперь ничей и есть возможность нарезать себе любимому смачные куски и выколупать миндаль в том, что осталось.

Нулевые тоже были логичны. Мастодонты распила толкались между собой задами и, лениво отмахиваясь от более мелких особей, спинным мозгом чувствовали сомнительность своих капиталов. Консолидировать электорат, жонглируя замшелыми мифологемами, валяя дурака у микрофонов на потеху публике, намертво застрявшей в кресле у ящика – не самая глупая тактика, апробированная еще римскими цесарями.

Может быть, она (тактика) могла бы еще долго работать, если бы не один нюанс — туша народно-хозяйственного комплекса в основном обглодана и растащена по кустам. Ресурс (диктовавший логику распила) почти исчерпан. Кроме того, «хлеб и зрелища» — это что-то одно, а «зрелища без хлеба» — что-то совсем другое. Если сегодня среднестатистический гражданин, клацая каналами, случайно попадает на очередное выступление у микрофона — он пару минут смотрит (кто с тоской, кто с ненавистью) и клацает дальше. Он (гражданин) не видит перспектив, в своей жизни. Собственная квартира (четыре стены, пол, потолок) для него — недостижимая мечта. Болезнь родных – катастрофа. Учеба детей – стихийное бедствие. Завод, на котором он работал — давно не существует как физическая субстанция. Максимум на что можно рассчитывать — дрейфовать между стройкой и рынком, без всякой надежды что-либо изменить в своей жизни. Поэтому он тихо ненавидит лица в телевизоре и единственное, что его веселит так это зрелище, в котором раскормленный политик (мировоззренческая ориентация значения не имеет) летит в мусорный бак. Все! Мамонты закончились, необходимо переходить на более мелкую живность, приручать коз и пытаться заниматься земледелием. По-хорошему это надо было делать задолго до конца позднего палеолита, но в нашем случае проблема в том, что в малом совете племени заседали именно охотники на мамонтов, со всеми вытекающими из этого факта парадигмами.

Дабы не толочь в ступе общее, перейдем к частному. В соседнем доме, начинающий предприниматель продает очищенную воду. Молодой паренек в однокомнатной квартире на первом этаже навесил систему обратного осмоса, к окошку пристроил крыльцо и выдает водичку, не запуская потребителя в подъезд. В последнее время, приходится покупать по вечерам, поскольку на горизонте мелькнул водоканал. Для бизнесмена договор с водоканалом это около тридцати тысяч за проектную документацию, акты, разрешения и согласования. Парень бегает как заяц, поскольку водоканал это только начало — дальше следуют теплосети, КИЕВЭНЕРГО, пожарная инспекция и куча других служб. И все за деньги! И попробуй еще найди, кому дать! Растянуть процесс во времени – один из вариантов оптимизации расходов. Что он и делает.

Рассуждая здраво: продавать как можно больше воды — прямой интерес водоканала. Какая необходимость устраивать из элементарных отношений бег на длинную дистанцию, с бюрократическими препятствиями и последующим заносом «торбы»? Тем более что паренек,в общем, довольно полезный партнер – выстраивает новый сегмент рынка. Получили заявку, пришли, посчитали возможный перерасход лимита, озвучили цифру тарифа, подписали контракт, поставляете товар — получаете оплату. Это было бы нормально. Никто не требует в мясном отделе у покупателя проектную документацию на его личную мясорубку и генеральный план кухни. А принципиальной разницы нет! Но в реале, ситуацией управляет фрагментированная логика, разных сегментов государственных служб и приближенных к ним компаний. Логические вектора, направленные внутрь сегмента, имеющие стандартный базис – «А что мне с этого будет?» — гасят частную инициативу на корню.

Во времена СССР государство играло роль посредника в любом хозяйственном вопросе, но это было объяснимо, так как оно было единственным владельцем национальных ресурсов и основным бенефициаром. Однако же условия изменились: основные фонды давно разделены и со всех трибун декларируется приверженность к рыночным принципам. Рыночная так рыночная, но пусть она будет! Фрактал рыночной экономики — свободный субъект хозяйствования. По сути, экономика это просто система услуг: гражданин оказывает услугу — получает её денежный эквивалент — покупает другую услугу. Один очищает воду, другой жарит блины, третий стоит у станка, кто-то занимается перевозками, а кто-то просто торгует – все вместе это называется экономика. Если этот фрактал может спокойно создавать добавочную стоимость — страна худо-бедно развивается, если не может – страна умирает. Или на просторах Украины, обнаружится политическая воля, которая нейтрализует паразитарное воздействие блуждающей фрагментированной логики и наконец, даст возможность гражданам выстраивать горизонтальные связи или граждане будут трансформироваться в люмпенов. А это чревато, как показал тестовый эксперимент на Донбассе. По-хорошему, было бы неплохо как-нибудь развернуть, поляризовать, намагнитить эти фрагменты в контексте общих национальных задач. Но пока это фантастика. Имеет смысл разгребать завалы в порядке их потенциальной опасности.

Три раза по сто дней прошло после «Майдана», оставим за скобками затертое до дыр «Duralex, sedlex», и спросим себя: и в каком углу здесь ночевали реформы? Реформой было бы: раскрутить тиски и освободить нэпманское либидо маленького человека от стальных объятий разрешительной системы. Тем не менее, тиски все еще зажаты, но зато основной лейтмотив,как перевести гражданина на полную оплату рудиментов советской медицины, не сходит с экрана. И опять же это тревожно! Развилку, когда можно было бы начинать со страховой медицины, а с остальным подождать, мы проскочили в 2005г.

Самый уникальный ресурс в Украине — это украинцы. Этот ресурс способен творить чудеса. Есть четыре пункта, на которых может базироваться частная инициатива: гражданство, собственность, налоги, ответственность. В условиях украинской фрагментированной логики, самый оптимальный вариант: когда все связанное с открытием личного бизнеса будет проходить только явочным порядком: гражданин уведомляет об открытии, устанавливает оборудование в принадлежащем ему помещении, платит налоги и несет всю ответственность за свои действия. Коммунальные службы могут прийти и посчитать отдельные тарифы, если есть в этом необходимость. Контрольные органы должны иметь право проверить, дабы гражданин чего-нибудь не начудил, в смысле общей безопасности окружающих, но закрыть деятельность или назначить другую меру ответственности должно быть исключительно в компетенции суда. Если вдруг кому-то что-то не нравится, этот кто-то несет заявление в суд. И не имеет значения, кому засвербело — УБЕП, пожарной инспекции или соседке сверху.

Другая сторона вопроса это сертификация. Уже даже не смешно. Двадцать лет, население страны ест, как правило, совсем не то, что написано на этикетке, но при этом считается, что сертификат соответствия и санитарно-эпидемиологическое заключение – альфа и омега потребительской безопасности граждан. Сельский дядька может делать такую домашнюю колбасу, что язык замирает в изумлении, но сдать свою продукцию в магазин ему не светит. Зато сосиски после, которых не отмывается кастрюля, свободно продаются в гипермаркетах. Да, у них все в порядке с сертификатами, но что это меняет? Они все равно в горло не лезут! То же касается и одежды — украинская цеховая швейка иногда качественней, чем изделие раскрученного бренда. Сертификация – это такая себе бритва с помощью, которой легко отсекается начинающий производитель. Украинский потребитель уже давно не верит этикеткам и не просит сертификаты, он на ощупь определит состав ткани и по запаху наличие мяса в пельменях. Оставить две-три позиции, которые реально можно и нужно контролировать (медикаменты, косметика, детское питание), остальное отпускать в свободное плавание. При этом, сеть лабораторий и реестр запрещенных добавок, был бы весьма кстати. Потребитель, сходивший в лабораторию и потом подавший в суд на возмещение — потенциально эффективнее, чем тысячи голодных инспекторов бродящих по просторам страны.

Отдельная тема челноки. Тот самый «Седьмой» и «Барабашка». Вот недавно Петр Алексеевич громы и молнии метать изволили, дескать, не потерплю серого рынка! Бог ты мой, какой пассаж! И как это они умудрились, столько навезти? Наверное, в исподнем прятали и по зеленому коридору проходили. А что делать? Таможня это такой уникальный сегмент с фрагментом, где дважды два не всегда четыре. Решение простое, как китайский городовой: убрать все пошлины и ввести один налог на перемещение валюты (и национальной тоже) за рубеж. Не имеет значения, для чего вывозится валюта. Главное, что она вывозится. Это справедливо и эффективно, даже пятипроцентный налог с вывоза даст государству больше, чем все пошлины вместе взятые потому что не будет корректироваться в таможне. Разговоры про то, что Китай убьет отечественную текстильную промышленность – страшная сказка для публики. Во-первых, все, что могло быть убито — уже убито. И убито оно не китайцами, а теми, кто решил, что закрыть фабрику и отдать место под застройку это гениальный маркетинговый ход. Во-вторых, весь мир боится китайцев, которые воруют фасоны и только китайцы с тревогой поглядывают на нагловатых украинских теток приезжающих на Ябалоу и выбирающих «цікаві» модели. Они знают, что некоторые из них распустят все что заказали, снимут лекала, отошьют оптовые партии и продадут в два раза дешевле.

Глобальная экономика в какой-то степени напоминает матрицу из одноименного фильма: есть Запад, где генерируют смыслы, есть юго-восточная Азия, где работают руками и есть несметное количество потребителей, которые оплачивают приличную разницу между красивым смыслом и копеечным производством. Вот допустим, Украина на мировом рынке торгует сталью и зерновыми. Однако сталь бессмысленно брендировать и невозможно копировать, каждый раз необходимо добыть уголь, пережечь в кокс, добыть руду, обогатить, выплавить чугун, из чугуна выплавить сталь. Когда компания продает тонну стального сляба за семьсот долларов, то что-то остается в оффшоре, а что-то попадает гражданам в виде зарплаты и государству в виде налогов. Потом граждане идут в торговый центр покупают кусок пластмассы за пятьсот долларов или тряпку за сто. В этой матрице: США — голова, Европа — желудок, Азия – руки, а Украина – ресурсная база. Может быть, кто-то подумал что-то нехорошее? Оставьте ваши фантазии! Чтобы стать задницей Украине еще долго расти, и расти. Пока мы только лужайка, по которой бродят бронтозавры от глобализации и вытаптывают все, что пытается вылезти.

Вполне возможно, что британцев как нацию написал Диккенс с учениками. Только страну, в которой писал Диккенс, до этого уже создали британские торговые компании. А ведь как скромно все начиналось! Конец XV века — начало эпохи «Великих открытий». В Италии – расцвет Возрождения и творит великий Леонардо да Винчи. Португалия и Испания осваивают новые земли. Ганзейский союз контролирует всю Балтику. Британцы же и мечтать не могут о новых территориях (только что закончилась война «Алой и Белой розы»). Англия XV века это захолустная и захудалая страна на краю земли. Только в английских деревнях кипит работа. Крестьяне парят, красят, прядут, ткут. Ушлые «проныры» из местных торговцев, доставляют товар в городки, а там дальше до самых Нидерландов. А слабое (или может умное) правительство не имеет сил контролировать процесс. Ну, что ты будешь делать! Вся Европа, люди как люди: цеха, гильдии, патенты, печати и разрешения. И только англичане опять «контрафакту» навезли! Ну а дальше все знают: огораживания, работные дома, армия лишнего населения, торговые компании по всему миру и «Правь, Британия! Правь волнами… ». Не нравится пятнадцатый век? Давайте посмотрим по сторонам в наше время. Кто написал сегодняшнее китайское чудо? Тысячи вчерашних крестьян, мотивированные частным интересом и не признающие никаких ГОСТов, правил, и интеллектуальной собственности.

Нет-нет, можно не спеша ползти к вменяемому обществу, ждать пока уйдет старое поколение, а тем временем обдумывать десять брендов, которые удивят мир. Только у страны уже нет времени. Революционная турбулентность не самое лучшее время для медленных стратегий. Либо политическая элита озвучивает и реализует простую и понятную тактику, способную дать дивиденды уже сегодня (хотя бы политические), либо народ трансформируется в толпу и поведет ее (элиту) к смотровой площадке, с мешком на голове. Чего очень не хотелось бы, поскольку в этому случае пострадают не только проворовавшиеся политики.

Олег Переверзев

Комментарии

Ваш email не будет опубликован. ( Обязательные поля помечены )