Вы находитесь:  / Аналитика / Любить по-русски: Как живет Крым, спустя два года после аннексии

Любить по-русски: Как живет Крым, спустя два года после аннексии

Крымчане искренне любят Россию и радуются «возвращению домой, на родину». Так кажется на первый взгляд, когда после долгого отсутствия попадаешь в оккупированный полуостров. Но любит ли Россия Крым? Что дают российские власти полуострову в обмен на покорность, и как, спустя два года после аннексии, живется в Крыму – в материале РБК-Украина.

— А вы там, в Киеве, про нас еще не забыли? Мы вот про вас уже почти и не вспоминаем. Прижились, обустроились, — с улыбкой говорит мне цветочница, продающая на симферопольском рынке ароматные гвоздики. И с живым интересом тут же добавляет: — Как на Украине дела?

Я иду по Москольцу — знакомому с детства району Симферополя. Я знаю каждый дом, выбоину на тротуаре, каждый закоулок. На мгновение мне кажется, что границы с Крымом не существует. Также работает местный рынок, тут продают цветы, а тут, как и 20 лет назад, яблоки. Возле универмага все так же не работает фонтан, вот почистили бордюрный камень и заменили асфальт, а вон та высотка по-прежнему нуждается в ремонте.

Под крышей известного всем симферопольцам «корабля» (неуклюжая советская громадина, построенная с нарушением всех норм и розы ветров) огромными буквами выведено «Вместе против фашизма». В ту же секунду мои размышления о размеренности и неизменности крымской жизни разрушились. Почему-то сразу вспомнился другой слоган, красовавшийся на этом здание в далеком прошлом: «Активно боритесь за выполнение решений 25 съезда КПСС». К слову, украинские граффитчики — более свободолюбивы. От них осталось едва заметное «А.C.A.B.» («Все копы – подонки»). Ну и попытки изменить слово «фашизм» на «рашизм».

Чтобы у обустроившихся в новой реальности крымчан, вышедших на улицу и отвлекшихся от телевизора, не возникло иллюзий из серии «все, как и раньше», «все по-прежнему», им не дают забыть, что они – в России. О «русской весне» жителям полуострова напоминают оставшиеся еще со времен аннексии плакаты с портретом Владимира Путина: «Крым. Россия. Навсегда».

Хотя «эйфория триколоров» прошла, и уже не так массово крымчане украшают свои автомобили российскими государственными символами, купить наклейку с двуглавым орлом или победную «На Берлин» можно везде. Патриотическую продукцию продают по обочинам автотрасс и в центрах крымских городов. За приобщение к символике «великой страны» просят от 100 до 500 рублей. Георгиевские ленточки ко Дню победы раздавали бесплатно.

— Вот вы у себя там, в Киеве, можете георгиевскую ленту одеть и на площадь выйти? А еще говорите, что у вас демократия. Такой символ испортили! — с укором говорит мне знакомая, родом из того поколения, которое помнит как «мы все жили в одной стране и ничего не делили».

— Ты пойми, — пытается успокоить меня моя 86-летняя бабушка, которая, не смотря на возраст и пропагандисткое телерадиовещение, пытается «отделять зерна от плевел». — Здесь, в Крыму всегда была Россия. Вот я в 48-м году из Приазовья приехала поступать в Симферополь, и Крым был в РСФСР. А потом Хрущев подписал какой-то там указ и нас за ночь, как мешок картошки, передали Украине. Когда был Союз – это практически не ощущалось. Но мы же не мешок картошки – мы хотели обратно, на родину.

Жизнь оккупированных

Отрезанный от материка полуостров, кажется, не просто прижился, но и научился жить без Украины. На временной административной границе с оккупированным Крымом нет ни одной украинской фуры – действует торговая блокада. Но пустых полок в магазинах нет – крымчан кормят российскими продуктами питания в ассортименте. Изредка можно встретить на прилавке небольшую горку французских или швейцарских сыров, а кое-где — даже купить испанский хамон. В любом крупном супермаркете – вполне приличный выбор импортного алкоголя.

Цены на некоторые ключевые продукты все еще выше, но уже не так сильно отстают от украинских. Сами крымчане говорят, что они «просели» за последние полгода. Например, молоко в сетевых супермаркетах – от 55 до 69 рублей (по средневзвешенному курсу – 19,8 – 24,8 гривен), десяток яйц обойдется от 53 до 70 рублей (19 – 25,2 гривен), буханка белого хлеба от 20 до 35 рублей (7,2 – 12,6 гривен). За украинскую гривну в Крыму дают 2,5 российских рубля. Согласно украинскому курсу – гривна стоит в среднем 3,6 рублей.

Дорогими остаются мясо, колбасы, молочная продукция. Стоимость всех товаров обусловлена сложной логистикой поставок. Крымчане, часто ездящие в Краснодар или Ростов, сравнивают цены в России и на полуострове не в пользу последнего. Многие по-прежнему надеются, что строительство керченской переправы снизит нагрузку на кошелек.

— Ничего, мы потерпим. Вот уже сваи начали забивать, технологию нашли и мост построят. Путин приезжал, наших крымских чиновников гонял, скоро и инфраструктуру построят. Продуктов еще больше везти будут, глядишь, и цены упадут, — верит 56-летняя Алла, отдавшая свой голос на псевдореферендуме за российский Крым.

Я не стала говорить ей, что фразу «начали забивать сваи – скоро будет мост» я слышу в течение последних двух лет.

— Мы бы с удовольствием ели украинские продукты, даже пусть они будут по нашим высоким крымским ценам. Молочка, например, во многом вкуснее и лучше, чем российские с консервантами и пальмовым маслом, которые нам везут со всей России. Но вы же не хотите нам продавать! Почему? Это что наказание за то, что мы хотели вернуться домой? – пытается выяснить у меня крымчанка Людмила, живущая на соседней улице.

С удивлением обнаруживаю в одном из супермаркетов целую полку с украинской водой «Моршинская», но сфотографировать уже не могу. Служба безопасности магазина делает замечание и требует удалить все фотографии, если они есть.

— Как вы завозите воду из Украины?

— Это – старые запасы, — объясняет охранник. Смотрю на этикетку – дата изготовления март 2016 года.

Украинские продукты пытаются продавать на рынках. Их совсем немного и, в основном это — овощи. Краснодарский картофель и помидоры, которые при разговоре с продавцом оказываются херсонскими, а химия для сада и огорода из России – львовским продуктом. Это сообщается шепотом, заговорческим тоном, одними губами, с оглядкой — не слушает ли покупатель у соседнего прилавка.

Выяснить, каким образом крымчане обходят эмбарго на завоз товаров из Украины, не представляется возможным. Похоже на опасный маркетинговый ход: украинские продукты – ходовой товар, если, конечно, не предлагать их покупателям в футболках с портретом Путина.

Впрочем, любые попытки разобраться сразу меняют тон продавца:

— Что вы, девушка, какой Херсон? Эти помидоры – из Азербайджана, — оглашает на весь рынок торговка, которая только что со мной шепталась о том, как дела «на материке».

В ожидании перемен

Крымчане живут ожиданием перемен к лучшему, которые должна, по их мнению, обеспечить Россия на полуострове. И далеко не всем нравится, слышать, что за 10 месяцев с момента моего последнего приезда практически ничего не изменилось. Спорят и по привычке во всем винят Украину. Особенно жители полуострова не могут просить блокаду Крыма, перерезанные линии электропередач и, как следствие, несколько осенне-зимних месяцев без света.

— Было очень тяжело, — вспоминает соседка, — света не было по 12 часов, иногда и больше. Завозились генераторы в больницы, с отоплением тоже были проблемы – котельные не работали. Школы и детсадики закрывали. А потом – Россия справилась. Сейчас у нас свое электричество – уже работают три ветки энергомоста от Краснодарской АЭС.

— У меня маленькие дети и больная мать, — говорит знакомая — почтальон. – В моем доме все на электричестве, стоят электроплиты, поэтому мы даже не могли себе воды нагреть и еду приготовить. В отделении почты поставили генератор, и мне приходилось в термосах носить домой кипяток. Я нормально отношусь к украинцам, но за что они так с нами?

Отсутствие энергоснабжения, если послушать крымчан – корень всех проблем. Приостановлен ремонт дорог – не было света, не могли производить битум, качество медицины низкое – не функционировало новое оборудование, не научились на нем работать. И вообще, на возобновление электрификации полуострова ушло много времени и сил.

Но не все верят в то, что ситуация со светом исчерпана. Недаром на полуостров завезли много генераторов уже во время строительства энергомоста.

— И люди тоже покупают генераторы, которые им продают втридорога. Покупают даже те, кто был готов терпеть и сидеть без света ради Украины. А что поделать? В темноте никто жить не хочет, — говорит таксист Виктор.

По объездной трассе каждый день везут цистернами топливо в направлении Строгоновки (село в Симферопольском районе, — ред.), рассказывают автомобилисты, говорят, там мощный генератор стоит.

По словам таксистов, топлива хватает – на популярных в Крыму заправках «АТАН» стоимость А-95 не больше 40 рублей (около 14,5 гривен) за литр. Но не хватает туристов.

— Едут в основном одни «мешочники», — жалуется Анатолий, который работает таксистом в аэропорту. – То есть те, кто приехал отдыхать недорого – в основном с палатками или в госсанатории. Россияне с деньгами сюда не особо хотят приезжать. А «мешочники» деньги до Ялты платить не хотят, едут на автобусах. Аэропорт отремонтировали, 60 рейсов в день прилетает, а денег не особо привозят.

По общению таксистов с приезжими становится понятно, что для россиян крымчане, все-таки, в большей степени чужаки, нежели соотечественники. Водители рассказывают, как туристы «с большой земли» их подставляют: пытаются разговорить таксиста на тему «ну как вам тут живется», тайком снимают на телефон и потом откровения «сливают» в интернет. Особенно притихли после нашумевшего в апреле видеоролика, где снятый изподтишка таксист говорит: «Отдадут Крым Украине! Куда они все денутся».

— Если таких роликов появится много, нам в аэропорту, да и вообще нигде спокойно работать не дадут. Могут вычислить, — опасается Анатолий.

Режим тишины

Обещает Россия Крыму действительно много. Помимо строительства переправы, «федералы» взялись за реорганизацию здравоохранения на полуострове. Крымчане получают медпомощь бесплатно – вплоть до предоставления в больницах необходимых медикаментов, а за «благодарность» от пациента у врача могут возникнуть серьезные проблемы с правоохранительными органами.

Медики рассказывают, что Минздрав России озадачился созданием в сельской местности фельдшерско-акушерских пунктов с современным оборудованием (сейчас их в Крыму 5) в городских больницах и поликлинниках появились аппараты МРТ, в Феодоссии открыли нейротравматологический центр на 40 мест, а к 1 июля обещают завершить капитальный ремонт больниц. В Крым регулярно приезжают российские чиновники, чтобы лично проконтролировать ситуацию.

Но, у медали есть и другая сторона. Крымчане жалуются на низкое качество медобслуживания и нехватку врачей.

— В Украине мы получали копейки и поэтому требовать, например, от участкового высокого уровня компетенции было сложно. Сейчас с зарплатами все нормально, но система вычищает тех, кто ей не соответствует. С другой стороны, у нас есть много ограничений, — рассказывает молодой участковый врач Вадим.

По его словам, к примеру, врач не может выписать эффективный, но дорогой и сильнодействующий препарат – за этим следят в больницах, чтобы не возникло угрозы «залечивания» пациента.

А самим крымчанам не всегда нравится качество российских препаратов.

— Столкнулась с тем, что даже в частной клиннике нет необходимых для моей манипуляции игл, подходят только импортные, а российских аналогов нет. Многие мои знакомые везут лекраства из Украины, иностранные в том числе, — говорит 50-летняя Екатерина.

Впрочем, несмотря на все старания оккупационных властей, угодить крымчанам пока не получается. Об этом говорят даже российские общественники, которые отслеживают ситуацию. Например, по данным опроса, проведенного в апреле «Общероссийским народным фронтом», около половины респондентов не видят изменений к лучшему в крымских больницах, а 15% жителей полуострова считают, что ситуация только ухудшилась.
Граждане или предатели?

Коррупция, запугивание и доносы также делают свое дело. Те, у кого в Крыму и до аннексии был частный бизнес, жалуются, что кругом люди Аксенова и его команды, которым приходится «заносить». Не спасает и целое ведомство «федералов», присланных следить за расходованием средств из российского госбюджета.

— Вот, например, всем школам Крыма прислали к учебному году оборудование для современных пищеблоков и деньги на его установку и обслуживание. Поставило пищеблоки только 6 школ на всем полуострове. Денег больше нет, и где они – непонятно, — рассказала чиновница из Минобразования, с которой удалось пообщаться.

Та же история с техникой по ремонту инфраструктуры, которую россияне направили в Крым. Говорят, что используется минимум. Остальное стоит мертвым грузом или чудесным образом исчезает.

Если факты коррупции всплывают, то во всем традиоционно обвиняют Украину. Ведь коррупция – пережиток украинского прошлого, не иначе, а российские власти просто не могут воровать, — транслируется в СМИ.

Крымские медиа плотно вплетены в конву российской пропаганды и работают на создание имиджа причастности Крыма к России. По местному радио «Спутник» Симферополь, Севастополь, Ялта, Керчь и другие населенные пункты полуострова называют «городами великой страны». Активно транслируется информация о том, как Россия помогает Крыму, а «враг» в лице Украины «Крым только раздевал и грабил».

В период майских праздников около 80% информации в крымских медиа было посвящено 9 мая. Риторика не изменилась: «помним и гордимся», «вечная слава» и т.д. Однако в этот контекст по максимуму включена Украина – у нас в стране, разумеется, крымские СМИ видят неприкрытый нацизм, фашизм, ну а «Правый сектор» — это квинтессенция украинского зла.

Пока крымчан кормят рассказами об их причастности к «великой стране», Россия всячески демонстрирует свое настоящее отношение к тем, кто изменил Украине. Те украинские военные, а также сотрудники правоохранительных органов и прокуратуры, с легкостью принявшие присягу «новой родине» после аннексии, были отстранены от дел или же работают на более низких должностях.

— Одному прокурору, который тут безбедно жил при Украине, но бросился целовать российский триколор, предложили аналогичную должность, но только где-то Сибири. Когда ему это не понравилось, пригрозили компроматом и тюрьмой. В результате – отсиживается где-то в Европе, — рассказывают крымские бизнесмены.

Изменивших украинской присяге военных и СБУшников по старой советской схеме не допускают к службе по месту жительства – отправляют на незначительные должности в наиболее отдаленные регионы РФ. Почему так происходит мне объяснил один российский военный, прилетевший из Москвы, и случайно оказавшийся со мной в одной компании:

— Я не одобряю того, что происходит на Украине, и что творит ваша нацистская хунта, — сразу дал понять мой визави свою позицию. – Но те ваши военные, которые служили в Крыму и сразу же присягнули России, для меня просто предатели! Они изменили своей стране в самый сложный момент, значит завтра они изменят России. Я их не уважаю, а вот тем, кто тут стоял в ваших военных частях, без оружия и команд сверху, до конца – я жму руку.

За неделю в Крыму мне начало казаться, что я нахожусь в сюжете книги Джорджа Оруэлла «1984». Спокойствие твоей жизни регламентировано только одним – четким соблюдением правил, которые для тебя установил «большой брат». Для этого не обязательно демонстрировать причастность к России и украшать себя лентами триколора.

Все просто – не открывай рта, не критикуй, в общем – будь как все. И тогда «большой брат» даст тебе работу, зарплату, медицину, образование, дороги и пенсию, даже национальные праздники и празднества для твоего этноса. Смотри новости и внемли каждому слову.

Те, кто практически не сталкивается с государством и с бюрократической системой, не испытывают потребности в свободе слова, как например, пенсионеры. Но как только человек высказывает свое мнение и неудовольствие по поводу того, что происходит на полуострове, критикует систему и пытается пойти против нее – «большой брат» сразу перестает быть покровительственным и добрым. Система разворачивается против тебя и беспощадно указывает тебе всю ничтожность твоего существования.

Так система работает против крымских татар, большинство из которых не может смириться с аннексией. Так «большой брат» словами моей мамы одергивает меня и говорит «тихо-тихо», когда я в публичном месте пытаюсь высказать свое мнение о международной политике Путина.

Я не могу избавиться от ощущения, что Крым – это не Украина и ментально никогда ей не был. Но Крым – это не Россия. Крымчане привыкли к тому, что можно в любой момент ругать украинскую власть, а сейчас даже те, кто с радостью шел «на референдум» два года назад, знают, что осуждать и обсуждать можно только дома на кухне. И многим тяжело к этому привыкнуть. Особенно сложно тем, кто по-прежнему считает Украину своей страной.

— Ну вы же этого хотели, — говорю я полушутливо Алексею, который, будучи моряком, жалуется, что российский торговый флот не охотно сотрудничает с крымскими командами.

— Хотели, но они там (показывает пальцем куда-то вверх) должны понимать — если что, мы же можем вернуться назад, в Украину, — смеясь, шуткой парирует он.

Это всего лишь фраза, за которой не стоит реального желания. Но, как известно, в каждой шутке, есть только доля смеха…

Мария Цатурян

Комментарии

Ваш email не будет опубликован. ( Обязательные поля помечены )