Вы находитесь:  / Аналитика / Российский солдат, потерявшийся в Украине

Российский солдат, потерявшийся в Украине

Петр Хохлов
В свежем номере The New York Times Magazine опубликовано расследование Джошуа Яффы о судьбе российского военнослужащего Петра Хохлова, который в августе пропал в районе российско-украинской границы. Разговаривая с родственниками и знакомыми солдата, автор постепенно восстановил историю его приключений и выяснил, где он находится сейчас. Эксперты полагают, что в силу обстоятельств Хохлов оказался неудобен как для Украины, так и для России.

Уроженец Новоузенска Петр Хохлов рано остался без родителей и воспитывался в детском доме вместе со старшим братом Сергеем, повествует автор. Отслужив срочную службу, он решил остаться в армии на контрактной основе. По словам его брата, определенную роль сыграла привязанность к Анне Комоловой — в то время студентке медицинского колледжа, который расположен рядом с частью, в которой служил Хохлов.

19 августа Сергею сообщили, что его брат Петр «дезертировал» и объявлен пропавшим без вести. Вскоре на Youtube появилась видеозапись допроса Петра в Службе безопасности Украины, на которой он в подробностях рассказал, как его подразделение переправляло ополченцам военную технику. Он также заявил, что по собственной воле отправился воевать на стороне ополченцев.

Некие офицеры российской армии проинструктировали Сергея, чтобы он «никуда не ходил» и «ни у кого не просил помощи», пообещав «вытащить» Петра самостоятельно, передает корреспондент. Поначалу Анна, Сергей и его жена Назира надеялись, что это обещание будет исполнено. Однако со временем от российской армии стали поступать «угрожающие» сигналы: «Мы не знаем, где он, но если он объявится, то ему же будет хуже», — пересказывает Анна свой разговор с командиром Петра Хохлова. Он объяснил девушке, что Петру могут предъявить обвинение в дезертирстве и присудить до семи лет тюрьмы. Осенью связь с руководством части, в которой служил Петр, прервалась. Его родственники обращались с письмами к министру обороны и президенту, но ответа не получили.

Как пишет Яффа, «стало очевидно, что российский солдат на Украине — это человек, которого крайне неудобно возвращать домой». Того же мнения придерживается Сергей Козяков — юрист, на момент разговора с журналистом член общественного совета при СБУ. По его словам, для спецслужб Украины Хохлов ценности не представляет — он не полковник, которого «можно было бы обменять на 10 украинских солдат», и тем более не генерал, «за которого, наверное, можно было бы получить Надю Савченко… Его присутствие в Украине противоречит неоднократным заявлениям Кремля, что российских солдат воевать не отправляли. Для украинцев, которые хотят завершения войны, Петр — это воплощение правды о российском участии [в конфликте], которая могла бы вынудить их к действиям, которые им не хотелось предпринимать».

Анна в последний раз разговаривала с Петром в тот момент время, когда война переходила в новую стадию. «На протяжении большей части весны и лета вмешательство России (во всяком случае, в строго военном смысле слова) ограничивалось поставкой оружия и снаряжения повстанцам; присутствие российских солдат на востоке, как правило, сводилось к роли инструкторов или технических специалистов», — говорится в статье

Затем баланс сил стал смещаться в сторону Украины. «Если бы ополченцев победили, — рассуждает автор, — Россия под руководством президента Владимира Путина утратила бы рычаги влияния на Украине. Ему было нужно, чтобы сепаратисты держались. Скорее всего, не потому, что он хотел аннексировать подконтрольные им территории, а потому, что ему было выгодно, чтобы конфликт оставался неразрешенным, был инструментом, с помощью которого Россия могла бы в будущем осложнять украинскую политику». В августе, через несколько дней после исчезновения Петра, войска сепаратистов начали контрнаступление на украинскую армию, говорится далее. «Множатся свидетельства, что решающую роль в этой атаке сыграли соединения российской армии, которые впервые за всю войну приняли непосредственное участие в боевых действиях на территории Украины».

«Спустя несколько дней после начала контрнаступления [президент Украины Петр] Порошенко полетел в Минск, где дал согласие на перемирие, по условиям которого повстанцы получали широкую автономию, — напоминает Яффа. — В результате на востоке Украины фактически создавалась зона замороженного конфликта, который поддерживался Россией».

На след Хохлова американский журналист напал в Киеве. «Сотрудник СБУ и представители ополченцев сходились в том, что 21 сентября… Петр и еще 22 человека, которых подозревали в том, что они воюют на стороне ополченцев, были освобождены из украинского плена и переданы руководству сепаратистов. Это был один их немногих обменов пленными, которые состоялись прошлой осенью в соответствии с минскими соглашениями».

Петра освободили из украинского плена в окрестностях Донецка — туда и отправился Яффа в середине ноября. В Донецке он познакомился с 28-летним ополченцем Иваном Кузнецовым, которого вместе с Хохловым держали в харьковском изоляторе СБУ и одновременно с ним освободили. По совету Кузнецова журналист нанес визит в общежитие Донецкого государственного университета, где повстанцы организовали «что-то вроде санатория» для своих бойцов и их семей. Именно туда Хохлова и остальных отвезли после освобождения.

19-ти летний Хохлов исчез в августе с временной базы в Ростовской области России.

За хозяйство в общежитии отвечают сестры-близнецы Галина Митрухина и Валентина Эсманчук, рассказывает журналист. Они рассказали, что из Донецка Петр Хохлов и еще пять человек отправились в Луганск. Там Петр откололся от группы вместе с некой Асей Арутюнян, 28-летней уроженкой Харькова, также арестованной за помощь ополченцам. Она, в свою очередь, сообщила, что из Луганска Петр поехал в Стаханов — расположенный неподалеку шахтерский город. Именно там, в бывшем отделении милиции, переделанном под казарму повстанцев, Яффа в конце концов и обнаружил Хохлова-младшего.

«Я сразу узнал Петра, — пишет корреспондент. — Он сидел на узкой, придвинутой к стене койке, на лице была редкая бородка медового цвета, лицо розовело, обожженное холодным ветром. Но, когда он повернул голову, не узнать его было невозможно. По его лицу проскользнуло подобие улыбки. Я сел рядом и представился. Мысль, что весь путь до Стаханова проделал и в результате нашел его не кто-нибудь, а американский репортер, удивила его, но он был заинтригован и согласился поговорить со мной». Беседа состоялась в присутствии человека, под руководством которого Хохлов сейчас служит часовым в ополчении «Луганской народной республики», отмечает автор.

Хохлов на контрольно-пропускном пункте сепаратистов в восточной Украине

«Начал он с рассказа, который явно не соответствовал истине, — пишет Яффа. — Будто бы в мае он закончил службу по призыву и, будучи в Нижнем Новгороде (причем не солдатом, а гражданским лицом), стал следить за событиями на Украине. В его словах была масса штампов, которые я уже слышал на востоке Украины от повстанцев и тех, кто им симпатизирует: дескать новые власти в Киеве ведут себя как нацисты, вернулось уродливое лицо фашизма и так далее». Петр опроверг собственные слова из записи допроса, выложенной на Youtube, — что российская армия передавала повстанцам вооружение. Он заявил, что этот рассказ его заставили произнести на камеру украинские военные. Вторую часть истории (о своем добровольном решении вступить в ополчение) он воспроизвел по большей части в неизменном виде.

Хохлов и соратники в общежитии на востоке Украины

«О своих планах на будущее Петр говорил расплывчато, — продолжает автор статьи. — То говорил, что хочет остаться [в ополчении] до тех пор, пока повстанцы раз и навсегда не победят «фашизм» на Украине, то признавался, что скучает по Сергею и Анне, что он хотел бы воссоединиться с ними… Невозможно сказать, насколько показной была наша беседа и насколько показной была вся жизнь Петра, эти сбивчивые попытки 19-летнего сироты найти способ вернуться домой — в страну, которая заявила, что на семь лет посадит его в тюрьму».

«Возможно, он сделал какую-то глупость, — подытоживает Яффа. — В поисках денег или приключений по собственной воле пересек границу. А может, Петру и другим служащим 9-й [отдельной мотострелковой] бригады приказали войти на территорию Украины в ходе неофициальной миссии, которую никто никогда не признает… Перед отъездом из Стаханова я спросил Петра, не хочет ли он что-нибудь передать Сергею и Анне. От ответил утвердительно: «Скажите им, что я вернусь и все будет хорошо».

Джошуа Яффа

Комментарии

Ваш email не будет опубликован. ( Обязательные поля помечены )