Вы находитесь:  / Аналитика / Слава Рабинович: Могу 300 раз назвать Путина х…лом, но это не будет оскорблением, пока я не влезу в финансовые схемы Кремля

Слава Рабинович: Могу 300 раз назвать Путина х…лом, но это не будет оскорблением, пока я не влезу в финансовые схемы Кремля

Слава Рабинович
В интервью «ГОРДОН» российский финансист рассказал, почему Кремль относится к нему, «как к сумасшедшему одиночке», об отсутствии во власти РФ квалифицированных и образованных людей и о том, как ответил бы на предложение работать в правительстве Украины.
Российский финансист Слава Рабинович стал известен широкой аудитории год назад с началом российского вторжения в Украину. На своей странице в Facebook, которую читают свыше 70 тысяч интернет-пользователей, эксперт публикует довольно радикальные и эмоциональные высказывания о президенте РФ Владимире Путине и кремлевском режиме. Рабинович убежден, что внутренняя и внешняя политика российского главы приведет страну к краху.
Слава Рабинович родился 6 мая 1966 года в Ленинграде (ныне Санкт-Петербург) в семье альтиста и преподавательницы русского языка и литературы. Окончил Ленинградский электротехнический институт связи. В 1988 году эмигрировал в США, где поступил в Stern School of Business at New York University (школа бизнеса при Нью-Йоркском университете), получил степень магистра бизнес-администрирования. В 1996 году Рабинович вернулся в Россию уже в качестве сотрудника инвестиционной комапании Hermitage Capital Management Уильяма Браудера.
В 2004-м Слава Рабинович создал и возглавил собственную инвестиционную компанию Diamond Age Capital Advisors Ltd. В интервью изданию «ГОРДОН» эксперт рассказал, почему Кремль считает его «сумасшедшим одиночкой без политических амбиций», о «токсичности финансового рынка России» и о том, стоит ли приглашать его на работу в украинское правительство.

Ко мне относятся как к сумасшедшему одиночке, власть считает, что у меня нет политических амбиций

 

– Люди в погонах к вам не наведывались с «просьбой» умерить критику кремлевской власти?

– Никто не приходил, хотя не исключаю, что я на прослушке. Думаю, Кремль относится ко мне, как к сумасшедшему одиночке, за которым не стоит политическая партия или экономическая группа. Я не провозглашаю себя оппозиционером, власть считает, что у меня нет политических амбиций, а главное – за мной нет финансирования.

Я могу 300 раз назвать Путина х…лом, но с точки зрения Кремля и обслуживающих его организаций вроде ФСБ, это не будет личным оскорблением президента до тех пор, пока я не влезаю в их финансовые схемы.

– Точнее, в коррупционные схемы?

– Не дай Бог гражданину РФ предпринимать какие-либо действия, затрагивающие финансовые интересы Кремля. В остальном же власть и околовластные структуры неохотно ввязываются в дела с нехорошим запахом, они не будут гоняться за теми, кто не представляет для них угрозы. Вот Навальный, как бы к нему не относилось украинское общество, представляет реальную угрозу и Путину, и его приближенным, потому что публикует информацию о том, у кого и где лежат наворованные бабки.

– Украинское общество относится к Навальному, мягко говоря, с недоверием, особенно после его недавнего заявления, что «США не стоит поставлять Украине летальное оружие».

– У Алексея свой взгляд, имеет право, но если он говорит про «Крым-бутерброд» или летальное оружие – нужно четко аргументировать свою позицию. Когда я пишу о чем-то в Facebook и знаю, что пост вызовет вопрос у украинских читателей, никогда не ограничиваюсь парой предложений, обязательно подробно излагаю, почему так или иначе считаю. Но даже при таком разжевывании получаю немало негативных комментариев от украинцев.

– Многие убеждены, что Навальный – проект Кремля хотя бы потому, что настоящих оппозиционеров четырьмя выстрелами в спину убивают на Москворецком мосту, а Алексей публикует резонансные расследования о коррупции и воровстве, при этом максимум попадает в СИЗО на 15 суток.

– Мне тяжело представить, что Навальный – агент Кремля, это настолько алогично… Я знаком с Алексеем, не раз с ним встречался, обсуждал какие-то вещи. Я не разделяю многих его взглядов. Несколько лет назад не соглашался с ним в 50 процентах случаев, сегодня – лишь в 25-ти, но эти проценты так сильны, что вряд ли я проголосую за Навального, если он зарегистрируется кандидатом в президенты России.

Навальный не проект Кремля. Представьте на минутку, через какое неимоверное количество судов и 15-суточных арестов проходит Алексей за последние годы. Ну невозможно прокручиваться в жерновах путинской системы неправосудия и при этом быть агентом Кремля.

Сегодня финансовый рынок России токсичен, международный капитал не хочет в нем участвовать

 

– Почему вас не любят в России?

– Вы имеете виду собирательное значение РФ как огромной аморфной территории или то, что в России в принципе не любят человека с фамилией Рабинович?

– Я о вашей виртуальной стычке с российским журналистом Олегом Кашиным в Facebook. Кашин опубликовал пост с намеком, что, якобы, ваша компания давно не приносит прибыли, в ответ посыпались сотни комментариев: мол, Рабинович не эксперт, а раздутая масс-медиа персона.

– Кашин и другие не понимают простой вещи, которая существует у специалистов финансовой индустрии: профессиональные удачи или неудачи никогда не выносятся на публику. Это разрешено обсуждать только между моими клиентами и мной, но никак не в другом месте. В США Кашин оказался бы в суде за атаку на деловую репутацию и лишился бы лицензии на профессию за поливание грязью в публичном пространстве.

Любят меня в России или нет – вопрос не до конца ясный, надо разграничивать симпатии или антипатии ко мне лично, к моей позиции, ко мне как профессионалу. Но попытки разрушить мою деловую репутацию абсолютно недопустимы.

– Финансисты и инвесторы, работающие в России, разделяют вашу антипутинскую позицию?

– Выражение «деньги любят тишину», безусловно, справедливо. Какое-то количество инвесторов и клиентов, в том числе потенциальных, не захотят вкладывать средства в то, что ассоциируется с публичной фигурой с оппозиционными взглядами. Но сейчас в России сложилась бинарная ситуация: либо финансовый рынок есть, либо – нет. Идет планомерное уничтожение капитализма, инвестиционных компаний, финансового рынка и так далее. Можно продолжать молчать, но мне это кажется непродуктивным. Нужно, чтобы не я об этом публично заявлял, а говорили все.

– Может, «все» как раз с вами не согласны?

– Согласны, но моя среда очень боится всего, поэтому громко и публично высказываюсь я один. Сегодня молчание означает предательство профессиональных принципов и приверженности демократическому развитию и капитализму. В конечном счете, это уже привело к необратимым последствиям в индустрии финансов и инвестиций в РФ.

Еще в феврале–марте 2014 года, когда началась аннексия Крыма, в России было меньше 500 человек, кто понял, что происходит и к чему это приведет. Понимали, хотя еще не было ни войны на Донбассе, ни сбитого малазийского «Боинга 777», ни санкций, ни постоянной эскалации конфликта. Простите, но среди этих людей был и я, можете посмотреть мои записи в Facebook того времени.

Эти 500 человек – специалисты с определенным образованием, квалификацией и многолетним профессиональным опытом, никто из них не входил в число приближенных Кремля. В российской власти вообще не осталось квалифицированных и образованных людей. Собственно, мои прогнозы сбылись: Путин разрушил мировой порядок, сложившийся в Европе после окончания Второй мировой войны и превратил РФ в страну-изгой. Сегодня финансовый рынок России токсичен, международный капитал не хочет в нем участвовать.

– Какие настроения сейчас в российской бизнес-среде?

– Среди бизнесменов есть ватники, но стоит показать им деньги, они тут же откажутся от своей патриотической идеологии. Впрочем, продажная вата не имеет достаточной квалификации, опыта и образования, чтобы трезво оценивать ситуацию или устроиться вне России.

Сейчас практически каждого второго банкира в РФ увольняют. Посмотрите на сокращения в инвестиционных банковских подразделениях «Сбербанка», «ВТБ Капитал», «Ренессанс Капитал» и других, которые итак на ладан дышали. Кредитный рынок замерз, рынок IPO тоже, ничего не работает. (IPO или Initial public offering – первое публичное размещение акций нового выпуска неограниченному числу потенциальных инвесторов. В мировой практике IPO проводятся для того, чтобы акции компании продавались на бирже и она привлекала денежные средства на открытом рынке капиталов).

Есть огромная разница между Борисом Немцовым и мной. Для моего убийства такую операцию уничтожения не устроят

 

– Экономист Андрей Илларионов уверяет, что у России достаточный запас финансовой прочности и не так уж сильно ее бюджет зависит от нефтяных и газовых доходов. Вы с ним согласны?

– Ни Илларионов, ни Кудрин, ни даже Алексашенко не понимают, на какую бетонную стену несется Россия. Не понимают потому, что не видят реальной паники на финансовом рынке, которая будет лишь нарастать с продолжением войны. (Алесей Кудрин – бывший заместитель председателя правительства РФ и экс-министров финансов. Сергей Алексашенко – бывший заместитель министра финансов России и экс-первый заместитель председателя Центрального банка России.)

Мои первые записи в Facebook были без политического окраса, только об экономико-финансовой ситуации. Я писал, что готов предоставить свои экспертные услуги Кремлю. Была наивная надежда, будто я смогу убедить российскую власть изменить курс, чтобы избежать бетонной стены. Мне казалось, такой экспертизы не хватало Кудрину и другим экономистам, у которых был прямой доступ к Путину. Не хватало потому, что у них академические экономические знания, а не мой 20-летний опыт работы на международных финансовых рынках. Впрочем, у меня больше нет наивных надежд.

– Не задумываетесь об окончательном отъезде из России?

– Если начнется отстрел «пятой колонны» по растрельным спискам – задумаюсь. Впрочем, я даже не готов ходить на допросы к следователю, в суд и тем более сесть в тюрьму. Вообще не готов.

– Мне кажется, отстрел уже не начался. Разве убийство Бориса Немцова в нескольких сотнях метрах от Кремля не означает начало политического террора в России?

– Есть огромная разница между Борисом и мной. Чтобы убить Немцова на Большом Москворецком мосту, нужно было разработать невероятную по масштабу операцию с вовлечением спецслужб. Борю убили рядом с Кремлем не потому, что это было проще или сложнее, а потому, что к видеокамерам в центре Москвы имеют допуск лишь Федеральная служба охраны РФ. Предполагаю, что ФСБ не сразу удалось заполучить съемки с камер, но не сомневаюсь: на видеозаписях отлично видно, кто и как убивал Бориса. Там изображение такой четкости, что можно разглядеть сетчатку глаза. Теперь видео в распоряжении спецслужб и считается чуть ли не государственной тайной.

Для моего убийства такую операцию уничтожения не устроят. Но у меня другой риск – националистически настроенные отморозки. 1 марта, когда в центре Москвы проходил траурный марш в память о Борисе, кто-то, увидев меня, ехидно заметил: «А, Слава Рабинович… Ну что, герои не умирают?». Это было сказано с неприятной интонацией: дескать, мы вас знаем, мы за вами следим.

– После такого предупреждения вы стали аккуратнее в высказываниях?

– В детстве я не обладал никакой экстраординарной физической силой или другими качествами для драки. В школе были попытки меня избить, но вскоре прекратились, потому что я сразу же бросался в бой. Наверное, это природная храбрость.

В середине 1990-х моим первым работодателем в сфере финансов стал Билл Браудер. Он делал то, что мне близко – бросался в бой и не позволял себя обижать. С ним в России таких случаев было много. Например, в 1997 году олигархи попытались украсть у нашей компании десятки миллионов долларов путем нелегального разводнения нашего акционерного участия в «СИДАНКО» (Сибирско-Дальневосточная нефтяная компания. – «ГОРДОН»). Мы с Браудером пошли против олигархов, но они дали понять, что заказали убийство Билла: мол, откажись от борьбы и с тобой ничего не случится. Браудер все равно не отступил, мы серьезно боролись и выиграли.

Ни в одном российском городе, особенно в Москве, обыватель открыто не заявит о несогласии с политикой Кремля

 

– Летом 2014 года в интервью украинским журналистам вы заявили, что инакомыслящих в России как минимум 20 миллионов. По-прежнему так думаете?

– На самом деле никто не знает, сколько россиян поддерживает политику Путина.

– Я знаю – 84%.

– Вы называете цифру официальных соцопросов, но данные собирались не в соответствии с научными методами. Ни в одном российском городе, особенно в Москве, обыватель открыто не заявит о несогласии с политикой Кремля, иначе это выльется в неприятности на работе. Поверьте, не все в России находятся под влиянием киселевского ТВ и останкинского излучателя Константина Эрнста.


– Поговорим не об обывателях, а об умных, тонких, образованных интеллигентах, подписавших год назад письмо в поддержку политики Путина в отношении Украины в целом и Крыма в частности. Меня больше всего поразили подписи известных режиссеров Павла Лунгина и Алексея Учителя…

– Вот вы сыплете именами творческой интеллигенции, но давайте вспомним другие фамилии: Ахеджакова, Макаревич, Басилашвили, Акунин… Тем, кто подписал письмо, сломали мозг. Это можно сделать с любым, даже очень образованным и начитанным человеком. В гитлеровской Германии запросто ломали мозг немецкой интеллигенции. Люди, наизусть декламировавшие Гете, начали считать нормой уничтожение евреев. Подобное временное помешательство – исторический факт, тоже самое сейчас происходит и в России.

– Может дело не в президенте РФ?

– Конечно не в нем! Выстроив такой режим, Путин лишь воплотил чаяния российского населения. Но, поверьте, российский народ шире аудитории Дмитрия Киселева, есть те, кто никогда не согласится с путинской политикой.

– Вам не предлагали место в правительстве Украины?

– Нет, но если бы и предложили – это стало бы предметом моих долгих раздумий. Я не готов, но очень рад, что в вашу власть пришел Саша Боровик. Он сумеет точно расставит приоритеты в решении проблем. Я был тем, кто еще осенью 2014 года постоянно говорил, что таких людей надо привлекать в украинское правительство. Под любым словом Саши я готов подписаться. (Саша Боровик – выпускник Гарвардского университета, бывший юрист Microsoft, получил украинское гражданство и стал первым заместителем министра экономического развития и торговли Украины. – «ГОРДОН»).

– С кем из известных украинцев вы дружите?

– Со Славой Вакарчуком и Русланой.

– А из политиков?

– С Бориславой Березой тепло общаюсь. Я не знаю, когда окончится война, но Украине надо учиться жить как своим умом, так и своими силами.

Источник

Комментарии

Ваш email не будет опубликован. ( Обязательные поля помечены )

Новый анекдот

Английский юмор во Вторую мировую войну

Английский юмор во Вторую мировую войну

Карикатуры, опубликованные в «Панче» с 1936 по 1945 гг. позволяют увидеть историю Второй мировой войны глазами англичан
За атакой вируса «Petya» стояли российские военные

За атакой вируса «Petya» стояли российские военные

Эти атаки отражают растущую агрессию России в киберпространстве как часть более широкой доктрины "гибридной войны"