Вы находитесь:  / История / Сверхтяжелый танк P.1000 и другие немецкие проекты гигантских боевых машин

Сверхтяжелый танк P.1000 и другие немецкие проекты гигантских боевых машин

P.1000

Каких только небылиц не создано про немецкий полумифический сверхтяжелый танк P.1000.

И даже название для этой машины придумали энтузиасты — Ratte, по-немецки «крыса». Под слоями этих мифов уже сложно докопаться до истины, но мы попробуем. Проект такого танка действительно существовал и рассматривался руководством Третьего рейха. Более того, были даже построены масштабные макеты двух вариантов P.1000. 

Такой же монстр, как для «геноссе Духачевского»

Судьба Эдварда Гроте, создателя P.1000, не менее интересна, чем разработанные им танки. Творчество герра Гроте в Советском Союзе достойно отдельной, причём даже не одной, публикации. Здесь талантливый инженер-конструктор создал крайне оригинальный средний танк. Танк ТГ имел мощное вооружение, толстую броню и был выполнен по колёсно-гусеничной схеме. Именно оригинальность машины, а также мотор, спроектированный самим Гроте, стали причинами провала проекта.

Одним только ТГ деятельность Гроте и его коллектива в СССР не ограничивалась. Немецкий инженер-конструктор участвовал в создании Т-35 — по крайней мере, на это указывают документы. У Гроте сложились хорошие отношения с Тухачевским, от которого и поступило задание, удивительным образом ставшее отправной точкой к P.1000. Речь идёт о сверхтяжёлом танке, боевая масса которого постепенно росла. Кульминацией этого роста стал «танк береговой обороны», проект которого Гроте подготовил в марте 1933 года. Эскизы конструктор направил вместе с письмом, которое предназначалось для «геноссе Духачевского». Проект 1000-тонного танка рассматривался в Управлении по механизации и моторизации Красной армии (УММ КА). Здесь же прозвучало предложение разработать собственную машину боевой массой 500 тонн. На этом, правда, активность по мега-танку береговой обороны и закончилась. Тратить огромные деньги на такие игрушки не стали, ведь даже 90-тонный Т-39 обошёлся бы стране в 3 миллиона рублей.

Статья о 1000-тонном танке Гроте, опубликованная в журнале Kraftfahrkampftruppe в сентябре 1937 года

 

После прихода к власти Гитлера немецкие специалисты стали покидать СССР. Уехал из Советского Союза и Эдвард Гроте. О том, чем он занимался во второй половине 30-х годов, известно мало. Ему принадлежат несколько патентов на изобретения, связанные с моторно-трансмиссионной группой. Судя по всему, Гроте продолжал заниматься военной техникой, но уже не танками.

А вот на страницах немецких профильных изданий вернувшийся в Германию инженер вёл бурную полемику с Гюнтером Бурстиным, несостоявшимся отцом австро-венгерского танкостроения. Например, в немецком военном журнале Kraftfahrkampftruppe за сентябрь 1937 года Гроте довольно подробно рассказал о своей деятельности в Советском Союзе, особенно о 1000-тонном танке. Архивные документы свидетельствуют, что рассказ Гроте вряд ли был похож на басни барона Мюнхаузена и в значительной степени соответствовал действительности.

Спустя по 5 лет Гроте, подобно Отто Меркеру, принял предложение нового рейхсминистра вооружений и боеприпасов Альберта Шпеера и вошёл в его команду. Полем деятельности Гроте (как и Меркера) стал подводный флот. Должность у бывшего танкостроителя была весьма высокой и важной: он был «специальным уполномоченным по вопросам строительства подводных лодок при Рейхсминистре вооружений и боеприпасов».

Гроте не был каким-то мечтателем, который пришёл к Гитлеру со своей экстравагантной идеей сверхтяжёлого танка. Всё было как раз наоборот: если судить по переписке, именно Гитлер стал инициатором работ по будущему P.1000. Произошло это в июне 1942 года, задание Гроте получил не напрямую от рейхсканцлера, а через Шпеера. Согласно исследованиям Вальтера Шпильбергера, впервые с предложением Гроте Гитлер ознакомился 22 июня 1942 года.

Судовой двигатель MAN V12Z 32/44, пара таких моторов представляла собой первый вариант силовой установки P.1000

 

Флотские наработки

О существовании проекта P.1000 известно главным образом благодаря мемуарам немецких военачальников и уцелевших руководителей Третьего рейха, в частности, Шпеера. Правда, Шпеер старательно обходит стороной тот факт, что подобную гигантоманию он если и не поддерживал, то как минимум не препятствовал её появлению. В этом отношении наиболее близкими к реальности являются мемуары Гудериана. Генерал, который долгое время занимал должность главного инспектора танковых войск, активно боролся с подобными монстрами:

«Далее Гитлер перешёл к важнейшим вопросам танкостроения и согласился с предложенными ему принципами, что в танкостроении имеет важное значение в первую очередь тяжёлое вооружение, во вторую очередь — большая скорость и в третью очередь — мощная броневая защита. Однако в нём жили две души, ибо он думал, что лишь толстая броня является совершенно необходимым элементом. Его фантазия превратилась в гигантоманию. Инженеры Гроте и Гакер получили заказ на конструирование танка-гиганта весом в 1000 т. Для конструкции танка «тигр» фирмы Порше толщина брони днища указывалась в 100 мм, а в качестве его вооружения предусматривались или 150-мм пушка L-37, или 100-мм пушка L-76. Профессор Порше обещал выпустить первые машины своей марки к 12 мая 1943 г.».

 

Альтернатива в виде Daimler-Benz MB.501. Таких моторов предполагалось поставить аж 8 штук. В судостроении подобные «грозди» из моторов не были редкостью

 

Упомянутый Оскар Хакер, как и Гроте, не был обычным инженером. Он руководил фирмой Steyr, а также входил в Танковую комиссию, ту самую, которую с перерывами возглавлял Фердинанд Порше.

30,5 cm SK L/50 на береговой батарее. Именно это орудие первоначально рассматривалось на роль главного вооружения P.1000

 

Гроте, как советник Шпеера по вопросам строительства подводного флота, был очень хорошо осведомлён о том, какие передовые разработки имелись у Кригсмарине. В практическую фазу работа по будущему P.1000 вошла 17 июля 1942 года. В этот день Гроте прислал письмо на имя Эриха Мюллера (Erich Müller) по прозвищу «Пушка Мюллер», шефа-конструктора Krupp:

«Я получил от фюрера через рейхсминистра Шпеера задачу на разработку сверхтяжёлой боевой машины на гусеничном ходу с собственным весом в несколько сотен тонн. Вероятно, Вам известно, что я являюсь специалистом в области производства военной техники. Двигатель такого транспортного средства должен иметь мощность 16 000 л.с., вырабатываемую мотором торпедного катера через групповой привод. Идея расположения трансмиссии между двигателями и гусеничным движителем ещё требует конструктивного решения и, по-видимому, потребуется преодолеть производственные трудности. Поскольку в распоряжении фирмы «Фридрих Крупп АГ» находится превосходное производство сверхмощных коробок переключения передач, было бы желательно получить консультацию Ваших специалистов.

Кроме того, от главного командования военно-морского флота я узнал, что на Вашем заводе в Эссене также ведётся работа над проектом артиллерийского корабля для применения на западном побережье. Как нам стало известно, дело уже значительно продвинулось, хотя существующее разделение на категории срочности препятствует скорому завершению проекта. Возможно, теперь представилась возможность объединить оба проекта как имеющие приоритетное значение, и это следует обсудить в личной беседе.

Я был бы Вам очень обязан, если бы Вы предоставили мне возможность рассказать о своих идеях и привлечь отдельные специальные отделы «Фридрих Крупп АГ» для консультации по реализации моего проекта, насколько это позволяют ведущиеся там в настоящее время работы.

С большим интересом ожидаю Вашего ответа».

 

Письмо заканчивалось традиционным нацистским приветствием.

Столь резкий поворот в судьбе Гроте, который менее 10 лет назад работал в СССР на «геноссе Духачевского», не должен особо удивлять. В то время многие в Германии вступили в Национал-социалистическую немецкую рабочую партию (NSDAP), чтобы получить должность потеплее и повыше. В Германии NSDAP нередко шутливо расшифровывали как «Na, suchst du auch Pöstchen?» («а, ты тоже хочешь получить должность?»).

Теперь Гроте плотно работал с руководством Krupp. Именно благодаря этому и сохранилась переписка по P.1000, осевшая в архивном фонде Krupp. Привлечение к работе столь высокой фигуры, как Мюллер, свидетельствует о достаточно серьёзном отношении руководства Германии к проекту P.1000.

Трёхбашенный вариант сверхтяжёлой боевой машины Гроте

 

13 августа в Эссене состоялось совещание, посвящённое разработке сверхтяжёлого танка. На нём Гроте впервые сформулировал общую концепцию машины. Первоначально её боевая масса должна была составить 800 тонн, длина — 35 метров, а ширина — 14 метров. Гроте предложил два варианта ходовой части. В обоих случаях с каждого борта предполагалось установить по 3 гусеничные ленты с шириной трака 1200 мм. Длина опорной поверхности составляла 21 метр, а удельное давление на грунт — 0,54 кг/см2. По расчётам, удельная нагрузка на гусеницы составляла 400 кг/м. Детально подвеска и элементы ходовой не прорабатывались, но, по расчётам Гроте, требовалось использовать ведущие колёса диаметром 3 метра.

Рассматривалось два варианта силовой установки. Первый предусматривал использование двух двухтактных дизельных судовых моторов MAN V12Z 32/44 мощностью 8500 л.с. каждый. Эти 24-цилиндровые двигатели предназначались для эсминцев Тип 42, каждый из которых должен был иметь по 6 таких моторов. Альтернативой были восемь 20-цилиндровых двигателей Daimler-Benz MB.501. Эти дизельные моторы мощностью по 2000 л.с. также имели военно-морское происхождение — их устанавливали на немецкие торпедные катера. Существенным плюсом второго варианта было то, что суммарно шесть этих моторов весили 34 тонны, тогда как масса пары MAN V12Z 32/44 достигала 128 тонн.

За основу Гроте взял свои разработки для СССР. Конструктор прекрасно понимал, что без помощи Krupp у него ничего не получится. Поэтому он просил Мюллера выделить 20 человек, которые занимались бы его машиной. В целом Мюллер был не против, поскольку концерн Krupp в таком случае становился фактическим разработчиком супер-танка. Вместе с тем главный конструктор Krupp считал выделение 20 человек на предварительном этапе нецелесообразным, поскольку Гроте ещё даже не закончил эскизный проект. Оставался нерешённым целый ряд принципиальных вопросов, например, выбор вооружения. Существует заблуждение, что P.1000 изначально проектировался с расчётом на использование башни «карманного линкора» Gneisenau. Это не так: как следует из протокола совещания, поначалу у Гроте вообще не было чёткого понимания, чем вооружить свою сухопутную крепость. Всё, чего он смог добиться на тот момент от Кригсмарине — это чертёж береговой башенной установки 305-мм корабельного орудия SK L/50. Этим, к слову, и объясняется, почему на разных макетах танка в башнях главного калибра разные орудия.

Борта корпуса получили рациональные углы наклона

 

Судя по всему, первым вариантом сверхтяжёлой машины Гроте был трёхбашенный танк. Сохранились фотографии макета, который был подготовлен под руководством Гроте осенью 1942 года. Роднит эту версию с P.1000 только общее построение ходовой части. Башня главного калибра, расположенная со смещением к корме, разработана с нуля. В ней предусматривалось размещение спарки орудий 30,5 cm SK L/50. Впереди располагались две малые башни со спаренными установками 128-мм универсальных орудий 12.7 cm SK C/34, типичным вооружением немецких эсминцев. Идеи об использовании на P.1000 танковых башен и уж тем более башни от Pz.Kpfw.Maus являются плодами богатой фантазии ряда авторов. Башня Pz.Kpfw.Maus, к слову, появилась в привычном нам виде больше чем через полгода после смерти проекта P.1000. К таким же фантазиям относится и установка 128-мм орудия в лобовой части корпуса.

Корпус первого варианта сверхтяжёлого танка Гроте напоминал проект 1933 года. О полном копировании речь, разумеется, не идёт. Но ряд элементов, включая V-образную форму крыши моторного отделения, явно перекочевал сюда с более раннего проекта. И даже схема с кормовым размещением основной башни уже использовалась Гроте в одном из предварительных вариантов сверхтяжёлого танка для Советского Союза. Это же касается и размещения силовой установки ближе к носовой части корпуса.

Малые орудийные и зенитные башни немецкого проекта размещались на массивных надгусеничных полках, которые переходили в экраны, прикрывавшие ходовую часть. В носовой части была предусмотрена рубка для отделения управления. 3-башенный вариант отличался рациональными углами наклона бортовых листов, что увеличивало бронестойкость и вероятность рикошетирования вражеских снарядов.

С проектом 1933 года новую конструкцию роднило не только построение ходовой части, но и V-образная форма крыши корпуса

 

Ходовая часть также представляла собой развитие конструкции ходовой одного из его предварительных вариантов 1000-тонного танка для СССР. У трёхбашенного варианта предусматривалось по 12 сшестерённых катков на борт, плюс по два катка в носовой и по одному в кормовой частях, которые должны были обеспечить натяжение гусеничных лент и смягчать удары при преодолении вертикальных препятствий. Элементы подвески были максимально вынесены вниз, что должно было облегчить обслуживание. С каждого борта имелось по 3 гусеничные ленты.

В процессе работы над проектом Гроте дорабатывал макет. Изначально малые башни со 128-мм пушками должны были выполнять и роль зенитных. Но было очевидно, что такого вооружения для эффективной борьбы с воздушными целями явно недостаточно. Для борьбы с самолётами требовались менее громоздкие системы с куда меньшим калибром. Здесь Гроте помогло немецкое самолётостроение: на гидросамолётах Blohm & Voss устанавливалась зенитная башня HD 151 (Hydraulische Drehringlafette 151) с гидравлическим приводом. Вооружалась она 20-мм автоматической пушкой MG 151/20.

Доработанный макет с башнями HD 151

 

На доработанном макете появилось сразу 8 зенитных башен HD 151. Правда, первый вариант малокалиберного зенитного вооружения сложно назвать удачным. По 3 башни Гроте разместил по бортам корпуса, ещё 2 в корме. При подобном размещении зенитных башен существовало немало мёртвых зон, прежде всего в носовой части.

Первоначально зенитные башни были размещены нерационально

 

Ближе к концу сентября 1942 года проект снова был доработан. На метаморфозы повлияла новая орудийная установка. Ею стала одна из орудийных башен линкора Gneisenau. В ночь с 26 на 27 февраля 1942 года линкор, находившийся на ремонте в Киле, был атакован английскими бомбардировщиками. На кильскую верфь упали 1000-фунтовые (454 кг) бомбы. Одна из них угодила в верхнюю палубу линкора Gneisenau прямо перед орудийной башней A (Anton). От взрыва погибло 112 человек и 21 ранило. С башни сорвало крышу, саму башню подбросило на полметра, были повреждены элементы её броневого пояса и обшивки. По оценкам комиссии, обследовавшей корабль, он выбывал из состава Кригсмарине на 2 года. Фактически бомба оборвала карьеру Gneisenau как боевой единицы.

Пятибашенный вариант сверхтяжёлого танка

 

Первоначально планировалось модернизировать повреждённый линкор, заменив его 283-мм орудия SK C/34 на 380-мм SK C/34. При этом число орудий в каждой башне уменьшалось с трёх до двух. Впрочем, идея эта не получила развития: 1 июля 1942 года начался перевод экипажа Gneisenau на другие корабли, с корабля начали снимать оружие, а само судно было решено использовать как блокшив. Вооружение, включая орудийные башни, планировалось использовать на береговых оборонительных сооружениях. Вот тут-то и возникла идея использовать одну из башен для вооружения сверхтяжёлого танка, который, согласно концепции Гроте, полагалось использовать в качестве подвижного средства береговой обороны. Правда, в исходном виде трёхорудийная установка была слишком тяжёлой.

Орудия на максимальном углу возвышения. Эти башни уже имели вполне реальные прототипы

 

На свет появился новый макет танка, на сей раз пятибашенный. Гроте наконец добился доступа к материалам по применяемым Кригсмарине артиллерийским установкам, а также к документации проектов. В результате вместо концептуальных орудий и орудийных установок новый проект предусматривалось вооружать вполне реальными системами. И это касается не только башни главного калибра и зенитных турелей HD 151. Расположившиеся по периметру корпуса орудийные башни также имели вполне реальные прототипы — двухорудийные башни для немецких эсминцев типа 36C (Z46-Z50). Они были заказаны в 1942 году, но так и не построены. Вооружить башни планировалось 128-мм универсальными орудиями 12.7 cm SK C/41. Позже основную башню пришлось доработать: центральное орудие предполагалось демонтировать, что позволило бы выиграть в весе.

Доработке подверглось и шасси. Из-за серьёзных изменений вооружения основная орудийная башня снова сместилась вперёд, а моторное отделение перекочевало назад. Шасси стало ещё более похожим на шасси танка, создававшегося Гроте для СССР. Особенно схожей была ходовая часть. Количество опорных катков сократилось до 6, при этом значительно вырос их диаметр. Зенитные башни HD 151 теперь размещались более рационально.

Работа в стол

Пятибашенная версия проекта тоже недолго была актуальной. Внушительное вооружение имело один существенный недостаток — чрезмерную боевую массу. Расчёты, проведённые Гроте, показывали, что доработанный проект преодолел порог уже в 1000 тонн! Это явно не входило в планы конструктора, который считал, что его детище должно иметь удельную мощность не меньше 16 л.с. на тонну. При такой удельной мощности он ожидал, что танк сможет развить максимальную скорость 40 км/ч.

После доработки появился третий проект танка, который считается «каноничным». От башен с эсминцев пришлось отказаться, серьёзной переделке подвергся и корпус танка. К 10 октября 1942 года Гроте подготовил эскизный проект, 17 октября он продемонстрировал его Шпееру.

Орудийная башня C, установленная на береговой батарее «Ёрландет»

 

С октября активизировалась переписка между Гроте и Мюллером. В ней поднимался вопрос о 128-мм орудии, ставшим предметом споров среди любителей военной истории. Гроте писал буквально следующее:

«Я попытался вместо расположенного в задней части 8,8-см палубного орудия подводной лодки установить 12,8-см зенитное орудие. Его вес, конечно, значительно больше, однако данная компоновка является лишь предложением, и, возможно, Ваши специалисты смогут предложить в качестве равноценной замены более лёгкие орудия. Я получил от Кригсмарине данные относительно укладки боеприпасов, которые с учётом флотского опыта могут быть произвольно изменены».

 

Очевидно, что речь здесь идёт о морском орудии. Правда, ни орудийной установки, которую предполагалось ставить в кормовой части, ни эскизов, которые демонстрировались Шпееру, не сохранилось. Не сохранились и чертежи, которые 31 октября Гроте выслал на Krupp. Возможно, они погибли во время одной из бомбардировок, которой подвергались объекты концерна Krupp в 1943 году.

Тем не менее из сохранившейся переписки можно понять, откуда именно взялся индекс P.1000 — цифра в нём обозначает массу танка. Впрочем, индекс этот почти не использовался в переписке. Согласно спецификациям, упомянутым в контракте, P.1000 должен был обладать следующими характеристиками:

  • Полная длина, м 39;
  • Длина корпуса, м 35;
  • Полная ширина, м 14;
  • Полная высота, м 11;
  • Высота корпуса, м 6,5;
  • Длина опорной поверхности гусениц, м 21;
  • Ширина трака, м 1,2 Х 3;
  • Давление на грунт, кг/см² 0,54;
  • Максимальная скорость, км/ч 40;
  • Полная масса, т 1000.

Распределение массы:

  • Вооружение, т 300;
  • Броня, т 200;
  • Корпусные элементы, т 200;
  • Ходовая часть, т 100;
  • Двигатель и трансмиссия, т 100.

Возможно, это прозвучит неожиданно, но немецкая промышленность того времени была в состоянии изготовить P.1000. Здесь стоит вспомнить, что главной причиной, по которой сверхтяжёлый танк Pz.Kpfw. Maus так и не стал серийным, стал разгром английской бомбардировочной авиацией производственных мощностей Krupp. А тому же Мюллеру едва не удалось «продавить» серийный выпуск «Толстого Густава». Идея создания танка массой 1000 тонн кажется безумной, но ведь не меньшим безумием была постройка двух образцов колоссальных орудий калибром 800 мм, общей длиной больше 47 метров и массой 1350 тонн. Передвигаться это чудовище могло только по двухпутным железнодорожным путям. Время подготовки боевой позиции для стрельбы составляло от 3 до 6 недель. И всё это «счастье» использовалось считанное число раз при штурме Севастополя со смехотворными результатами боевого применения.

Единственное достоверное изображение P.1000 из контракта, заключённого с Krupp. Из-за того, что вида сбоку не сохранилось, внешний вид ходовой части танка является объектом различных спекуляций

 

На этом месте проект колоссального немецкого танка вполне мог приказать долго жить, поскольку Шпеер всячески старался от подобных ужасов избавляться. Но работы по похожим проектам продолжались до мая 1944 года. Правда, уже без Гроте: Мюллер аккуратно «задвинул» проект P.1000 и его автора, о чём говорит протокол совещания, датированного 13 декабря 1942 года:

«Гроте представил фотоснимки своей новой модели, где башни были уже более органично соединены с поверхностью машины. Кажется, он уже знает, что министр не намерен продолжать его проект, и что фирме «Крупп» поручена разработка сходного проекта. Не вдаваясь в подробности, я подтвердил ему эту информацию, однако упомянул, что для нашей машины ставится другая тактическая задача, поэтому мы, к сожалению, не можем воспользоваться его наработками.

Гроте принял это к сведению».

 

Работы по P.1000 прекратились, чтобы освободить дорогу собственным разработкам Krupp. Но к ним вернёмся чуть позже. Другая судьба ждала башни, которые предполагалось использовать на P.1000. Башня «B» (Bruno) отправилась в 1943 году на береговую батарею «Фйелл» (Fjell) возле Бергена в Норвегии. Батарея отлично справлялась с возложенной на неё задачей — охраной акватории возле Бергена — благодаря дальности стрельбы в 41 км. После войны башенную установку разобрали, от неё осталось лишь бетонное основание. Башню «С» (Caesar) установили на береговой батарее «Ёрландет» (Oerlandet), которая прикрывала подходы к другому норвежскому городу, Тронхейму. После войны, уже находясь на вооружении норвежской армии, батарея была переименована в «Аустратт» (Austrått). Из состава сил норвежской береговой обороны батарею исключили в 1977 году, но орудийная установка уцелела. В 1991 году бывшая батарея «Аустратт» стала музеем. Любой желающий может заглянуть внутрь этого чуда инженерной мысли, значительная часть механизмов которого всё ещё исправна.

Следует отметить, что при установке на берегу обе башни лишились дальномеров и их бронировок, как это и предполагалось при установке башен на P.1000.

Реконструкция внешнего вида P.1000, выполненная Сергеем Лебедевым. Ходовая часть выполнена по типу 3-башенного варианта

 

Задание на разработку боевой машины, похожей на проект Гроте, получил концерн Krupp. И на фоне того, что там спроектировали, P.1000 нервно курит в сторонке. Детище конструкторов Krupp иногда называют P.1500, хотя в документах так она не называлась ни разу, да и масса этого танка в случае постройки составила бы куда больше 1500 тонн.

Иногда под индексом P.1500 ошибочно подразумевают гусеничную версию «Толстого Густава» с бронёй, достигающей 250 мм, двумя башнями с орудиями калибра 150 мм и 4 дизелями от подводной лодки в качестве силовой установки. Так была истолкована информация, которую двумя строчками выдал в книге Special Panzers Вальтер Шпильбергер.

Благодаря стараниям Михаэля Фрёлиха удалось выяснить, что в реальности ничего общего с «Толстым Густавом» проект сверхтяжёлого танка Krupp не имеет. В спецификациях, датированных 4 февраля 1943 года, проект предлагается в двух вариантах — 800-тонный с 600-мм мортирой и 1800-тонный с 800-мм мортирой. Длина 1800-тонной машины должна была составить 25 м, ширина — 12,8 м, а максимальная высота — 8,25 м. Толщина лобовой брони оценивалась в 250 мм, а бортов — в 200 мм. В движение машину должны были приводить 4 мотора Daimler-Benz MB.501 общей мощностью 8000 лошадиных сил. При этом максимальная скорость оказывалась мизерной — всего 7 км/ч.

В отличие от P.1000, проектирование которого даже дошло до стадии заключения контракта, судьба проекта P.1500 оказалась очень короткой. Он очень быстро ушёл под сукно. Но и на этом история немецких сухопутных линкоров не закончилась. Следующим стал проект Panzermörser Urling, развитие 800-тонного варианта P.1500. Его боевая масса достигала 1049 тонн, толщина брони при этом составляла 150–200 мм в лобовой части и 100 мм по бортам. В качестве основного вооружения предполагалось использовать 600-мм мортиру. Длина Urling составляла 22 метра, ширина — 10,5 метров, а высота — 7 метров. В качестве силовой установки предполагалось использовать 8 моторов MB 507 с электрической трансмиссией, максимальная скорость танка ожидалась на уровне 10 км/ч. Первый образец Urling предполагалось сдать к 1 января 1945 года, а всего планировалось построить 5 машин. Последняя должна была быть сдана 1 февраля 1946 года — фактически это единственный аппарат, наверняка претендующий на обозначение Panzerwaffe 46.

Последняя активность по Urling датирована июнем 1944 года, когда рассматривался вопрос об использовании на машине газовой турбины. Никакой другой информации, кроме переписки, по этому проекту не сохранилось.

Экскаватор Bagger 288, самая большая в мире наземная машина

 

Реальность иногда превосходит даже самые смелые фантазии. Концерн Krupp всё же смог создать настоящих стальных наземных монстров. По сравнению с ними и P.1000, и P.1500, будь они построены, показались бы детскими игрушками. Правда, это машина сугубо мирного назначения. В 1978 году Krupp изготовил роторный экскаватор Bagger 288, самую длинную в мире наземную машину. Эта 240-метровая махина массой 13 500 тонн всего 5 метров не дотягивает до длины дирижабля LZ 130 Graf Zeppelin II, самого большого в истории летательного аппарата. Экскаватор высотой в 96 метров перерабатывает 10 тысяч кубометров породы. Лавры самого тяжёлого экскаватора, впрочем, принадлежат другой немецкой машине — MAN TAKRAF RB293, или Bagger 293. Он чуть короче конкурента, но весит при этом 14 200 тонн.

Юрий Пашолок

Комментарии

Ваш email не будет опубликован. ( Обязательные поля помечены )