Вы находитесь:  / Аналитика / Юлия Латынина: История одной проигранной газовой войны

Юлия Латынина: История одной проигранной газовой войны

Газовая война
Кремль объявил войну всему миру. Он думал, что если эта война не будет переходить в конвенциальную войну, а будет, в основном, экономической, то он будет вести ее на экране телевизора и выиграет.

И, вот, мы видим, что меньше, чем за 2 года эта война с треском проиграна, с фантастическим треском проиграна. Мы, конечно, по экрану телевизора можем рассказывать, как мы сейчас чего сделаем в Турции и как мы сейчас чего снова сделаем в Сирии. Но реальность заключается в том, что российская экономика сейчас занимает 15-е место в мире. А наша доля экспорта, если не ошибаюсь, там 1/60-я в мире. И с такими экономическими параметрами экономическую войну вести невозможно. Более того (об этом я буду говорить чуть пониже), экономическая война – это вещь вообще возможная, но проблема заключается в том, что экономическая война – это вещь одноразовая. Если вы какой-то товар, например, газ, используете в качестве оружия, это можно сделать. Но это вы делаете только один раз, после чего ваше оружие превращается в дубинку, в бумеранг, который прилетает вам же по голове, и вы проигрываете, пользуясь этим самым оружием.

Украина объявила, что не собирается покупать у нас газ в этом году по цене в 212 долларов за тысячу кубов. То есть вдумайтесь: совсем, вообще, ни копейку, ни кубометра. И причина решения Украины та, что поставки по Европе, то есть тот же российский газ по реверсной схеме обходится дешевле – это 200 долларов за тысячу кубов. Плюс Украина накопила в хранилищах 14 миллиардов кубов – этого вполне достаточно, чтобы пережить зиму. Плюс Украина вообще снизила потребление газа, потому что в 2005 году она потребляла 76,4 миллиарда кубов, а, вот, через 9 лет, в 2014-м эта цифра составила 42,6 миллиардов кубов. При этом сама Украина добывает около 20 миллиардов. Соответственно, ей нужно около 20 миллиардов.

Иными словами, еще раз, вдумайтесь, успешная газовая политика Кремля привела к тому, что в течение 9 лет импорт российского газа в Украину упал с 50 миллиардов кубометров до нуля. 50 миллиардов кубометров – это, напоминаю, мы 40 миллиардов через «Силу Сибири» в Китай собираемся поставлять. И эта самая «Сила Сибири» и освоение китайских месторождений, с которых пойдет газ в Китай, они нам обойдутся в трудно оценимую сейчас сумму, потому что еще недавно она оценивалась в районе 60 миллиардов долларов.

А дальше, собственно, то, в каком районе эта цифра осталась сейчас, это зависит исключительно от того, насколько эта цифра складывалась из откатов, а насколько из реальных издержек. Потому что если цифра 60 миллиардов долларов «Силы Сибири» складывалась из реальных издержек, то она пойдет вниз в связи с девальвацией. А если она складывалась, в основном, из откатов (а я думаю, что она складывалась в основном из откатов), то боюсь, что она останется практически на прежнем уровне, потому что, как я уже сказала, в российской экономике сейчас откат не девальвируется.

Это один из главных дополнительных катализаторов падения российской экономики, что у нас девальвируется всё кроме отката. Зарплаты девальвируются, рубль девальвируется, а откат остается прежним и, соответственно, его размер в российской экономике увеличивается, тем самым вызывая дальнейший коллапс экономики, в чем, собственно, и есть принципиальная разница нынешнего кризиса по сравнению с кризисом 1998 года. Почему этот кризис не является кризисом (он же возможностью), а является кризис просто кризис, кризис-кризис.

Так вот, собственно, вот это совершенно потрясающий, на мой взгляд, итог газовой войны России не с какой-то Европой, а просто с Украиной. Вот, было 50 миллиардов кубометров газа, стало ноль. Вот, есть телевизионная реальность, в которой мы там давно победили Гейропу и нагнули пиндосов, а есть реальность, что мы проиграли газовую войну… Кому? Украине!

И, конечно, не могу не напомнить, вот, как менялась вообще путинская риторика и газовая реальность вот эти самые 9 лет, начиная с 2005 года, когда Германия подписала Nord Stream и начались в Кремле разговоры об энергетической сверхдержаве. И все потирали радостно руки, что вот сейчас будет газовый аншлюс Европы путем скупки европейских трубопроводов. Тогда, если вы помните, на каждом саммите Путин говорил, что «Мы вам месторождения, а вы нам трубопроводы». Имелось в виду, что, вот, мол, если иностранцы хотят инвестировать в Штокман, то они должны продать России газопроводы на территории России.

Это, конечно, был грандиозный совершенно план, но он имел несколько недостатков. Один из этих недостатков, собственно, заключался в том, что ну а с какой стати?.. Сейчас мы видим, что Штокман (проект) просто закрыт. Потому что когда я последний раз смотрела, себестоимость добычи газа в Штокмане составляла 250 долларов за тысячу кубов, что значительно дороже нынешней спотовой цены газа на Хенри Хаб, США. И, соответственно, нет никакого смысла в это приполярное чудо инвестировать, когда можно инвестировать в любой сланцевый газ хоть в Китае, хоть в Польше, хоть, наконец прежде всего, в США.

И причем эти 250 долларов также не уменьшаются, потому что всё это западные технологии. Западные технологии в цене не уменьшаются, они не девальвируются.

Так вот. Вот это падение газовых цен было впереди и сланцевый газ был впереди. А тогда был еще 2006-2007 год, и была очень простая ситуация, которая заключалась в том, что как только Европа услышала про энергетическое оружие, она сразу очень озадачилась. А Европа – она хотя и очень вежливая, и хотя очень политкорректная, она, вот, все-таки, тоже еще и предусмотрительная. И доля Газпрома начала падать в газовом балансе Европы, она упала с 39-ти практически до 26-27 процентов. После этого, собственно, стало не важно, какая доля Газпрома, потому что уже стало ясно, что Газпром не может сделать с Европой то же, что было сделано с Украиной во время газовой войны того же самого 2005 года.

И фрау Меркель, которая вся такая вежливая, которая никогда не рвала на груди рубашку, не говорила там «Дадим отпор российской диктатуре!» или что-нибудь в этом роде, фрау Меркель чего, если вы помните, сделала? Она стала развивать солнечную энергетику. Где Германия и где солнечная энергетика, а? Самая солнечная страна на свете Германия. Это очень дорого обошлось Германии. Но это обошлось Германии значительно дешевле, чем если бы в один прекрасный момент Россия попыталась повлиять, скажем, на выборы германского канцлера с помощью газовой трубы.

И более того, вы знаете, солнечная энергетика – она в Германии какой интересной обладает особенностью? Ведь, солнечная энергетика – она же… Солнце-то, которое в Германии, дорогое, как я уже сказала, дороже, чем где-нибудь на юге Европы или где-нибудь в Египте. Оно же светит только в светлое время суток, а пик энергопотребления приходится на темное время суток, как известно, сразу после захода солнца. И надо включать какие-то электростанции, которые быстро компенсируют этот энергетический пик. И эти электростанции, на самом деле, только одного типа – это угольные. И Германия стала страшно развивать угольную энергетику. И самое смешное, что всё это происходило под аккомпанемент разговоров о зеленой энергии. Угольная энергетика под аккомпанемент зеленой энергии.

И, вот, в данной ситуации я просто восхищаюсь фрау Меркель, потому что она никогда ни слова не сказала, что ей надо освободиться от газовой зависимости от России. Нет, что вы! Только возобновляемая энергия, только этот проклятый CO2. Но, вот, ради того, чтобы возобновляемая энергия и CO2, мы будем развивать угольную энергетику, которую они, на самом деле, гораздо больше солнечной развивают в итоге.

Вот. И оказалось, что газ, как я уже сказала, можно использовать как оружие, но это оружие одноразовое. Потому что после того, как вы использовали его как оружие, у вас его просто откажутся покупать. И вообще если бы не Янукович, не украинский бардак и не контракт с Тимошенко, то всё кончилось бы гораздо раньше, потому что как только газовое оружие против Украины в прошлом году, после Майдана было применено всерьез, что произошло? Правильно: уже тогда Украина отказалась от закупок российского газа. Что после этого было? Помните, Владимир Владимирович выступал и рассказывал, какая цена справедливая, а какая цена не справедливая. Потом мы пытались прекратить реверс из Европы. А сейчас уже всё.

То есть, вот, история грандиозной проигранной газовой войны. Нам говорят, что мы сражаемся в Сирии, что мы сражаемся в Турции. Нам забыли сказать, что газовую войну мы проиграли даже Украине.

Юлия Латынина

Комментарии

Ваш email не будет опубликован. ( Обязательные поля помечены )