Послепутинизм
Российский диктатор, когда-то слыл любителем истории и различных красивых дат
Теперь же его данное увлечение полностью сломано. 555 дней гнусной, бессмысленной, кровопролитной бойни против Украины – могильник существующего исторического и политического мифа России. Беда лишь в том, что аморальное ничтожество не способно признать свое тотальное банкротство по всем фронтам, и продолжает тянуть резину в иллюзорной надежде как-то усидеть на авось в Кремле. Ясное дело в ближнем кругу токсичного политика протекает серьезная дискуссия относительно будущего. Нет, будущее страны или русского народа правящую клику не волнуют. У них проблема иная: каким способом дольше удержать власть и гарантировать все блага, предоставляемые оной?
Послепутинская Россия главная тема в умах кремлевских функционеров. Как бы это не звучало тривиально, но пригожинский мятеж, а также дальнейшая гибель его инициатора продемонстрировали окончательный конец путинской эпохи. Политической аксиомой является тезис: против хорошего, справедливого правителя не будут бунтовать. Но против Путина взбунтовалась самая популярная и боеспособная военная сила РФ – вагнера. Они “маршем справедливости” подвели жирную черту под стабильностью путинизма, показав конец общественного консенсуса между Путиным и народом.
Вторжение в Украину стало капканом в который засунул свою голову российский вождь. Увлеченный фантомными химерами о “великом прошлом России”, Путин забыл о real politik, сорвавшись в пучину фейков и ложных пропагандистских конструктов. Он повелся на поводу политтехнологов, продавших ему ностальгическую программу для аудитории 50+. Но малая победоносная война затянулась, трансформировавшись на текущем витке, в украинский ответ – битву беспилотников, которая парализует десятки российских городов и деморализует массы. Потому правитель-неудачник теперь сидит у разбитого корыта в окружении зубастых конкурентов на его место.
Если разбирать настроения элиты, то послепутинизм уже наступил. Никто всерьез не верит в то, что Путин уцелеет на своем очередном сроке. Он попросту приелся и надоел, стал скучным и пластмассовым интриганом. На передний край выдвинута дилемма дальнейших действий с целью самосохранения кланов.
Технически Путина можно законсервировать на посту, если против него пустить контролируемых конкурентов, вроде марионетки ФСБ Гиркина-Стрелкова. Подобный расклад еще и подчеркнет, кто же самый большой патриот. Если данная схема сработает, то тогда усилится Патрушев и его команда. Но еще 12 лет чекизма являются немыслимыми для группы послепутинистов.
К их числу следует отнести тульского губернатора Дюмина. Его имидж преемника был необходим для балансировки политических амбиций министра обороны Шойгу. Последний уверенно шел к высшему посту, особенно после таежных вылазок с Путиным. Но Шойгу обнулился на войне против Украины, а потому оказался мало полезен и балансир. Так, что участие в путче и риск ликвидации толкают Дюмина идти ва-банк.
К послепутинистам принадлежит зампред Совбеза Медведев и глава Росгвардии Золотов. Экс-президент Медведев вообще-то единственный в РФ человек, который подсидел Путина в Кремле. Самый реальный послепутинист. Касательно Золотова, то после путча 24 июня он обладает столь широким функционалом, что способен организовать дворцовый переворот и взять власть.
Помимо ярких политических заменителей Путина существует и блок технократов, вроде премьера Мишустина. Ему удается удерживать относительную экономическую стабильность, а в народе к нему позитивный настрой. Потому его тихий поход на Кремль вполне возможен.
Анализируя, даже предложенный список вероятных новых глав Кремля, напрашивается вывод: никакой трагедии без Путина не случится. Он просто бренд, который сейчас стал блеклым и дорогим в поддержке. Соответственно, у сменщиков все больше шансов переехать в Кремль, а также открыть новую страницу российской истории.
