Proect Contro
Ви тут:  / Аналітика / Украинский десант: БРИГАДА 95

Украинский десант: БРИГАДА 95

Фоторепортаж о житомирской аэромобильной бригаде ВДВ
95-я аэромобильная бригада за полтора года войны стала самым сильным и уважаемым подразделением ВСУ

Герои скабрезных шуток в полосатых майках и роликов в летних фонтанах с самого начала вооруженного конфликта на Донбассе превратились в самых мотивированных и надежных защитников Украины.

Четыре, а с конца прошлого года пять десантных бригад со всех регионов страны, в самом начале войны заменили собой и пехоту, и разведку, и спецназ. Они вышли в бой тогда, когда еще не существовало ни волонтеров, ни добровольцев — в начале весны 2014 года.

До начала конфликта самой подготовленной из них справедливо считалась 95-я аэромобильная. В ходе войны она и вовсе превратилась в легенду — освобождала города, брала горы, защищала аэропорт, выводила товарищей из окружения. Все это без лишней саморекламы и слов.

Первый военный опыт и даже первые потери 95-ка пережила еще до начала войны в Донбассе — в 2005-м в Ираке погибли трое военнослужащих бригады. До войны бригада получила и первую Золотую звезду — высшую государственную награду. Посмертно ее присвоили младшему сержанту Василию Мельникову в 2002-м — ценой собственной жизни он спас бойца-новичка во время прыжка с парашютом.

Нынешний военный опыт житомирских десантников позволил американскому военному эксперту назвать 95-ю бригаду самой сильной в мире. И не зря — обладателей звания Героя у них больше, чем у всех других подразделений. Потому что если стопроцентную уверенность в выполнении задачи может дать только господь бог, то эти десантники гарантируют, как минимум, 95.

ЗОЛОТЫЕ ЗВЕЗДЫ

95-я аэромобильная — лидер всех ВСУ по количеству обладателей высшей государственной награды Золотая звезда: двое посмертно, трое живых.

БЕЗВОЗВРАТНЫЕ ПОТЕРИ

В 95-й бригаде не любят говорить о безвозвратных потерях из-за суеверия: “Только скажешь вслух, их сразу же станет больше”. Но по официальным данным за все время войны в бригаде погибло больше сотни человек. Почти каждый второй получил ранение.

ПЕРВЫЙ ВОЕННЫЙ ГЕРОЙ

Днепропетровец Михаил Забродский начал службу в 95-й бригаде с должности взводного после учебы в Санкт-Петербурге и пятилетнего контракта в РФ. В 2013-м он стал командиром и провел с подчиненными весь первый год на войне. Во многом благодаря его авторитету житомирским десантникам удавалось выполнять самые невыполнимые задачи в самых опасных регионах Донбасса.

“Все наши были готовы ездить на задания только с ним. Знали, что тогда все получится. Он не предаст и не заведет не туда. Он всегда стоял впереди любой машины, мы с ним ничего не боялись”.

За свои военные заслуги Забродский стал первым украинским военным, который получил высшую государственную награду — звание Героя Украины — при жизни. После ранга полковника повысили до командующего ВДВ, а по случаю профессионального праздника президент присвоил ему звание генерал-майора.

“Я бы с легкостью отказался от Золотой звезды, лишь бы не было войны”, — говорит он сам.


САМОЕ ТРУДНОЕ ЕЩЕ ВПЕРЕДИ

Нынешний командир бригады — полковник Олег Гуть — служит в бригаде 19 лет. Он закончил Одесский военный институт и в 95-ю житомирскую бригаду попал по распределению. Даже успел побыть командиром роты на войне — в составе миротворческой миссии в Ираке. До повышения Гуть был заместителем командира бригады, а сегодня уже единолично планирует и организовывает работу самого сильного военного подразделения украинской армии.

Впрочем, Гуть говорит о ее успехах очень сдержанно: “Просто все люди, которые служат в этой бригаде — от солдата до офицера, выполняли и выполняют свои обязанности. У нас удачный коллектив — и офицерский, и солдатский. Возможно, это сыграло свою роль. А еще то, что до войны наша часть была самой молодой и единственной — созданной уже именно при независимой Украине”.

В подчинении у Гутя сейчас три молодых комбата, двое из них награждены Звездой Героя.

“У нас один комбат три раза раненый, второй — пять раз контуженный, — рассказывает он. — Все они, несмотря на молодой возраст, выполняют свою работу, все оправдали доверие и справились. Назначать молодых заставила жизнь — надо было кому-то командовать вместо погибших. К тому же у молодости есть свои плюсы — азарт, физическая подготовка”.

От вопроса о самой сложной операции за время войны полковник Гуть философски отмахивается: “Самое трудное, я думаю, еще впереди”. В настоящем же у него один батальон защищает окраины Авдеевки, второй вышел на новое задание, а третий всегда должен быть в резерве.

ПЕРВЫЙ КОМБАТ

Майор Игорь Герасименко — комбат первого батальона 95-й бригады. Эту должность он занял непосредственно во время боевых действий в Донбассе — заменил погибшего комбата Тараса Сенюка. Последнего за выдающуюся отвагу наградили званием Героя Украины посмертно.

Герасименко получил Звезду в феврале этого года — в перерыве между операциями под Донецком и в Дебальцево. Кроме награды на войне, он заработал три ранения и уважение подчиненных. “Он тоже все время с батальоном, как бывший комбриг. Может спокойно бегать под пулями и показывать, как именно занять сектор обстрела”, — говорят о нем бойцы. Сам молодой майор емко формулирует, что старается воевать так, чтобы не опозорить память тех, кто погиб.

ДЕЛО ПРИНЦИПА

Начальника по обеспечению 95-й бригады Сергея Вильготу пойти в армию соблазнил друг-танкист. Из родни военным делом занимался только дед-артиллерист и судьба офицера не слишком его манила. Но сейчас он уверяет, что не жалеет о выбранной профессии ни грамма.


В первом батальоне Вильгота служит уже больше десяти лет, но до этого успел побывать в других частях, и поэтому у него есть база для сравнения. “У нас в бригаде никогда не было такого, чтобы мы где-то бросили оружие, технику и убежали, забыв своих. Однажды был случай, когда наш БТР заблудился, проехал чужой блокпост и оказался в тылу врага. Несмотря на очевидную опасность, его поехали освобождать и благополучно вытащили. Этот принцип «не бросать своих» нам заложили в части еще в довоенное время”.

Наверное, поэтому пленных из житомирской бригады нет, хотя противник не раз устраивал на них целенаправленные засады во всех окрестностях Славянска. Десантники несли потери, давали боевикам бой и раненых никогда не бросали.

СВОЙ МИР

Еще один замкомбата Герасименко Алексей Махов тоже не мечтал стать офицером. Отец-военный не особо настаивал на этом, больше хотела офицерской судьбы для сына мать. Так он попал сперва в Одесский сухопутный институт, а потом — на войну в Донбасс.

Первый боевой выезд произошел в апреле прошлого года — нужно было поехать на славянский комбикормовый завод, но ощущение настоящей войны пришло позже. С первыми потерями. “У меня было простое и конкретное командирское желание — вывести живыми всех пацанов, которых я с собой привел. Первое время так и было — ранения случались, но погибших не было. Потом, конечно, задачи стали сложнее, но этого не избежать. Можно делать вид, что ты к этому привык, но так не бывает, на самом деле”.

Зато привыкнуть Сергею удалось к особой обстановке боевых действий. “Дома больше десяти дней находиться уже некомфортно — тянет сюда, обратно. Здесь свой мир, там свой, и этот, военный, уже стал ближе. Наверное, это станет проблемой, когда все наконец закончится”.

КОГДА ПРОВОЖАЕШЬ СВОИХ

Начальник штаба первого батальона майор Николай Карпенко сейчас далеко от боевых действий — на базе бригады в Славянске. Но говорит, что это даже тревожнее, чем, когда он сам был командиром минометной батареи.

“Каждый раз, когда провожаешь колонну своих туда, волнения больше, чем, когда ездил сам. Вместе с ними было проще и легче”.

Вместе со всеми крымчанин Коля был на войне с 1 марта. Тогда их батальон впервые подняли по тревоге, собрали на территории части в Житомире и через неделю ожиданий отправили в дорогу. Сперва — в Широкий Лан Запорожской области, потом в Чонгар на границе с Крымом и наконец в Донбасс, где батальон понес первые потери. “13 мая наша колонна попала в засаду между Карачуном и Добропольем. Было 8 или даже 9 погибших”, — вспоминает он.

Сейчас в Славянске Коля занимается укомплектованием и обеспечением батальона. В день ВДВ из рук президента получил орден.

СМОТРЕТЬ ВСЛЕД МУЖЧИНАМ

В 95-й бригаде воюют не только мужчины. 8 марта прошлого года с сотнями десантников в Широкий Лан прибыли два старших солдата — Татьяна Алексеенко (на фото слева) и Наталья Белык (справа). Обе думали, что на несколько дней, максимум — месяц, а вышло, что в первый отпуск их отправили только летом. И то — исключительно ввиду повышенной опасности.

Первое время две миниатюрные блондинки без единых помощников кормили больше тысячи десантников, а потом их забрали на гору Карачун. Едоков там стало вдвое меньше. Правда, опасность выросла раз в 50 — Карачун ежедневно обстреливали со стороны Славянска. Военнослужащие сейчас вспоминают об этом со смехом — и как суп готовили под обстрелами, и как негде было ни спать, ни мыться, ни, извините, сходить в туалет. Но самым страшным было не это. “Хуже всего было каждый раз смотреть вслед мужчинам и думать, кто из них следующим не вернется”.

Бояться обеим женщинам пришлось и во время отпуска в Житомире. “Сторонились людей, вздрагивали от каждого резкого звука — даже закрывающихся дверей”, — вспоминают они. Поэтому обе при первой же возможности вернулись назад. Уже на базе бригады в Славянске (на боевых выездах теперь все-таки стараются обходиться без женщин) они кормят своих десантников и ностальгируют по тому опасному, но незабываемому времени: “Мы больше нигде не встречали такой дружбы, как там. И все время не могли понять, откуда в обычных мужчинах столько смелости”.

ПАРА СЧАСТЛИВЧИКОВ

Если на войне бывают счастливчики, то это точно Коля и Света Кучинские — старший механик и начальник полевой бани, семейная пара военнослужащих, которым повезло работать вместе даже на боевых выездах. Коля, впрочем, говорит, что несильно обрадовался, когда прошлым летом жена собственной персоной прибыла на гору Карачун — тревоги ему сильно добавилось.

Коля – механик из первой роты первого батальона, а значит, во всех конвоях оказывался первым. Он и теперь рвется, но ему стараются запрещать — гораздо важнее, чтобы его золотые руки всегда были на подхвате для ремонта машин. “Машина — это самое главное. Если машина поломается — экипаж не сможет выполнить поставленную задачу”, — с добродушной гордостью констатирует солдат. И, скорее всего, попадет в плен или погибнет, если успела продвинуться достаточно близко к позициям противника.

Его жена, смешливая блондинка, рвение мужа воевать поддерживает. Ее присутствие делает их скромную и уютную комнату на базе бригады любимым местом многих встреч, потому что немного напоминает о доме. “Я служу в армии и горжусь этим”, — говорит Света. А в свободное время вышивает картины бисером — женщин, цветы и иконы.


Источник

Залишити коментар

Ваша електронна адреса не буде опублікована. Обов’язкові поля позначені ( * )

Почему Путин признал  «ДНР» и «ЛНР»

Почему Путин признал «ДНР» и «ЛНР»

Путин сделал огромный подарок Украине. Он снял Украину с крючка минских соглашений. Фактически, бросив попытки впихнуть свои раковые опухоли в…
Как изменилось восприятие людьми эпидемий за 200 лет

Как изменилось восприятие людьми эпидемий за 200 лет

Все новое хорошо забытое старое – эта пословица применима даже сегодня к нынешней пандемии коронавируса